Книга Красавица и чудовище, страница 279 – Анна Бигси, Клэр Вирго

Лиза проводила его растерянным взглядом и закусила губу, чтобы не расплакаться. Все это не укладывалось в голове. Как такое возможно? Что это вообще? Откуда? Ей не было противно или неприятно, просто неожиданно. «Я никогда не раздеваюсь» — вспомнила его слова и только теперь поняла их значение. Неужели та авария так изуродовала его? Почему она не знала об этом? Почему никто не рассказал ей подробности?

— Бедный мой, бедный… — прошептала, сдерживая подступившие слезы. От одной мысли, какие страдания ему пришлось пережить, сердце обливалось кровью. Хотела пойти за ним, объяснить свою реакцию, уверить в том, что для нее это неважно, но решила дать время побыть одному. Главное — она знает правду. Теперь все будет по-другому. С таким мыслями Лиза завернулась в плед, висевший на спинке дивана, и стала ждать его возвращения. Им нужно было поговорить.

Закрывшись в ванной, Алекс долго умывался холодной водой, чтобы остудить полыхавшие ярким пламенем эмоции. Ничего не мог с собой поделать, Лиза была слишком желанна для него, но в то же время недосягаема. С каждой секундой его стремление быть с ней усиливалось, но осознание, что ей нужен другой, тот, кого уже не вернуть, остужало пыл. Случилось то, чего он так сильно боялся, как теперь жить, зная, что противен ей? Давно смирился с тем, что он урод, чертов калека, и научился с этим жить. На что только надеялся, поддаваясь эмоциям…

Упершись руками в раковину, Алекс посмотрел на себя в зеркало. Крупные капли стекали по лицу, по чужому лицу. Он ненавидел его. Эту маску, которую невозможно было снять, которую обязан был носить до конца жизни без возможности что-либо изменить. Он выбрал иную судьбу. Добровольно согласился стать другим, теперь было поздно что-то менять… Многое бы отдал, чтобы содрать эту маску с лица и, став самим собой, вернуться к Лизе. Но не мог. Гилберт не Царев и никогда им уже не станет. Пора, наконец понять это и не питать себя пустыми надеждами.

Алекс не мог забыть ее взгляд, полный брезгливой неприязни. Других вариантов даже не рассматривал, прекрасно понимал, что Лиза ощутила. Он сам, глядя на свое отражение, видел обезображенную рубцами кожу и не испытывал ничего. кроме отвращения. Никакие доводы не помогали вернуть былую уверенность в себе. Все то, чего он таким трудом добивался многими часами аутотренинга, было безвозвратно разрушено. Алекс снова оказался один на один со своей проблемой. Комплексы, что он колоссальным усилием воли удерживал внутри, вырвались из-под контроля и накинулись на него, словно изголодавшиеся звери. Он боялся, знал их разрушающую силу в действии и не мог противостоять ей.

Но вечно сидеть в ванной было невозможно. Алексу предстояло тяжкое испытание — взглянуть в глаза своему страху. Выключив воду, решительно застегнул рубашку на все пуговицы и вышел. Что скажет Лизе, даже не представлял, точнее, не намерен был ничего говорить. Решил сделать вид, что ничего не произошло, показать, где она будет спать и удалиться.

В гостиной царила полнейшая тишина, Алекс озадаченно осмотрелся и заметил Лизу, мирно спавшую на диване. Мимолетная улыбка невольно тронула его губы, избавляя душу от негативных эмоций. Он долго смотрел на то, как спит самая важная в его жизни женщина, и не мог пошевелиться. Родные черты лица во сне стали мягче и нежнее, длинные ресницы слабо подрагивали, а губы безмятежно улыбались. Лиза была такой расслабленной и безумно красивой, что перехватывало дыхание. Даже разводы потекшей от слез косметики не портили ее очарование.