Книга Развод. Нас не вернешь, страница 41 – Юля Шеффер

— Как нет? В смысле?.. Ты имеешь в виду… — я не договариваю, считая свою мысль невозможной.

— Да, Полина, я имею в виду, что Мартин — не мой сын, — сухо заканчивает за меня Антон. — Если тебя это утешит, то меня развели как лоха и продолжали водить за нос больше двух лет, пока я случайно не узнал правду.

Я молчу, пытаясь переварить услышанное, осознать его слова, но у меня не получается.

Не получается сложить этот паззл.

То есть он на протяжении долгого времени изменял и лгал нам с дочерью и в итоге бросил нас ради той, которая, в свою очередь, тоже ему лгала и изменяла?.. Променял любящую его жену и любимую дочь на шалаву с сыном, который не от него?

Вот это ирония судьбы.

«Это называется „бумеранг“, Воронцов. И нет, меня это не утешит», собираюсь сказать ему в ответ, но тут вспоминаю слова свекрови и говорю другое:

— Но твоя мама, когда увидела Мартина, сказала, что он похож на тебя. Она не знала, что он — сын Доминики, она не встречалась с ней раньше, и все равно узнала в Мартине тебя. С одного взгляда.

Воронцов фыркает.

— Я тоже так думал. Слуковы не уставали повторять, что он — моя точная копия. Но это не более чем удачное для них и неудачное для меня совпадение. Я купился на эту похожесть, как идиот.

Неужели это действительно лишь совпадение?

Так бывает?..

Пока я продолжаю гонять эту мысль, осмыслить ее в полной мере, Воронцов переключается на другую тему — видимо, эта для него все еще болезненна.

— Что касается твоего ультиматума — я готов встретиться завтра и порешать насчет фирмы.

— Порешать или забрать ее у меня? Условие было такое, — напоминаю. — Встречаться буду только так.

— Да, Полина, я верну себе владение фирмой. С утра ты свободна?

— Нет, конечно, Воронцов! Я, вообще-то, работаю. Попробую отпроситься с обеда.

— Ок. Я пришлю тебе адрес нотариуса, куда подъехать.

— Того самого, продажного? — не удерживаюсь от язвительного замечания.

— Ты хочешь избавиться от компании или нет? — вместо ответа задает он свой вопрос.

— Хочу.

Я заканчиваю разговор и кладу телефон в сумку. Выскочив из игротеки, Тася подбегает ко мне, и я заставляю себя улыбнуться.

— Всё хорошо, мам? — она смотрит на меня с тревогой — все же заметила мое состояние.

— Да, солнышко, всё в порядке, — отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Ты наигралась?

Она кивает.

— Пойдём, съедим по шарику мороженого?

— Я хочу два! А бабушке возьмем?

— Конечно, возьмем.

Мы покупаем себе две порции мороженого в вафельных рожках, а свекрови берем в картонном стаканчике и идем к машине. Я везу нас домой, слушая рассказ дочери о времени, проведенном в игровой, а внутри продолжаюсь терзаться вопросом, ошиблась свекровь или Мартин все же сын Воронцова?

Но тогда он сам ошибается или просто врет мне?..

Сообщение от Антона с координатами и временем записи к нотариусу приходит утром около десяти. Я уже написала заявление на полдня за свой счет, поэтому отвечаю ему «ок» и, найдя в галерее, отправляю следом фото Таси с Мартином, подписав:

«Вот тут Анна Степановна увидела ваше сходство».

Воронцов перезвонил сразу же.

— Откуда у тебя это фото? — излишне требовательно спрашивает он. — Это же не из «Паровозофф»?

— Нет. Это с дня рождения Дани, на котором Мартин тоже был.

— С дня рождения? — переспрашивает.