Книга Во благо, страница 52 – Елена Наумова

— Маш, в твоей комнате нет балкона.

Блин! Не могла отмазку поумнее придумать? И пока я соображала, что ответить, в гостиной раздался новый взрыв хохота.

— Иди, там весело у них, — заметила я.

— С места не двинусь. Мне весело и хорошо там, где ты.

И Андрей развернул меня к себе, взял моё заплаканное лицо в ладони и стал покрывать лёгкими и нежными поцелуями. И я бы хотела, чтобы это продолжалось вечно, но нас застукала Ника.

— С ума сошли?! — громким шепотом заявила она, при этом улыбаясь во весь рот, — Закрываться надо! Всему-то вас приходится учить, молодёжь!

Вечером мы с Никой лежали на моей кровати и смотрели в потолок. Фосфоресцирующие звёздочки, которые мы наклеили года три назад, наверное, светились слабым тусклым светом.

— Мне он очень понравился, Маш, — тихо сказала сестра.

— Ага, то-то он слушал тебя открыв рот и глаз не сводил… — скептически заметила я.

Ника пихнула меня в бок.

— Больная совсем? Ревновать она вздумала. Он просто вежливый у тебя. И это очко в его пользу, а вовсе не повод изводить парня ревностью.

Ника заложила руку за голову и усмехнулась.

— К тому же, ты так не говорила бы, если б видела его глаза, когда ты ушла.

— А что такое? — я насторожилась.

— Поглядывал постоянно на дверь, на бабулины вопросы невпопад отвечал. «Где Маша? Верните мне мою Машу!» — забавно изобразила Ника, и я рассмеялась.

Слышать это было приятно.

— А у тебя есть кто-нибудь? — поинтересовалась осторожно.

Ника долго молчала. Я повернула к ней голову и обнаружила, что сестра застенчиво улыбается.

— Его зовут Игорь. Он из Тюмени. Тоже живёт в нашем общежитии. И мы… у нас всё серьёзно, в общем, Маш. Мы бы хотели в дальнейшем снять квартиру… И я, собственно, об этом я и хотела с тобой поговорить.

Ника села на кровати и серьёзно на меня посмотрела. О, Господи! Она ведь не скажет сейчас, что беременна? Нет, конечно. Ника слишком осмотрительна для такого.

— Я уже получаю кое-какие деньги в театре, но этого мало. Чтобы окончательно отделиться от родителей, мне надо перевестись на бюджет. Вряд ли я имею право шиковать, пока мама с папой в долгах… Я всё узнала, смотри. Для этого нужна безупречная успеваемость, — сестра стала загибать пальцы, — стопроцентная посещаемость, отсутствие просрочек по платежам за обучение…

— Ну, с этим у тебя нет проблем, — кивнула я.

— Да, с этим всё в порядке. К тому же декан обещал, что даст хорошие рекомендации. Я активно везде участвую. Ну, ты меня знаешь! Проблема может возникнуть только с одним. Должно освободиться бюджетное место.

— И что делать?

— Ждать, — сестра развела руками. — Люди болеют, люди выходят замуж, женятся и переезжают. Люди отчисляются из-за неуспеваемости… В любом случае, декан сказал, что ко второму курсу что-то прояснится.

— Было бы здорово, если б у тебя всё получилось, — протянула я.

— Да, маме с папой тяжело вывозить эти платежи, — Ника тяжело вздохнула. — Я пока им не рассказала, чтобы не сглазить. Знаешь, меня беспокоит их состояние. Как ни позвоню, они всё время на работе. Мама плохо выглядит, бледная, рассеянная. И я бы хотела тебя попросить. Ты присмотри за ними, ладно?

При этих её словах внутри меня что-то щёлкнуло. Я натурально зависла, как перегревшийся компьютер. Я вдруг осознала, что последнее время жила только своими проблемами: чувства к Алику, мечта о гитаре и выступлении на сцене, так внезапно вспыхнувшие отношения с Андреем. И меня ничуть не заботило, каково же родителям. Я только требовала, ждала внимания и обижалась, когда его не получала. Ревновала, как ребёнок. А ведь им совсем непросто. Было и есть.