Книга Во благо, страница 41 – Елена Наумова

И я впервые с отъезда Вероники чувствовала себя легко и спокойно. Как я могла подумать, что родители обо мне забыли? Как мне в голову пришло, что я для них не важна? Их присутствие рядом вселяло в меня такую уверенность, что всё остальное было просто пшиком! Мелочами жизни.

Об Андрее с мамой мы всё-таки поговорили. А началось всё с его сообщения. Мама заметила, что я не выпускаю телефон из рук. И, видимо, у меня было такое лицо, с каким с подружкой не переписываются, потому что она подсела ко мне и мягко спросила:

— Он тебе нравится, да?

И тут меня прорвало. Я поделилась всем, начиная с того, как мы познакомились, заканчивая странными тайнами из прошлого Андрея.

— И я не понимаю, мам, надо ли мне это знать? Стоит ли лезть к нему в душу, если он сам делиться не спешит?

— Ну он имеет право сохранить что-то в секрете, — задумчиво проговорила мама, поглаживая меня по руке. — У каждого из нас есть скелеты в шкафу. Главное, что происходит с вами сейчас. Судя по тому, что ты рассказываешь, он очень хороший и порядочный парень. Да ещё и подарки дарит… — мама хитро улыбнулась, а я потянулась за телефоном.

— Кстати, хочешь покажу, что я для него выбрала?

— Конечно хочу! — кивнула мама, и я загрузила страницу известного маркетплейса.

Андрей продолжал слать селфи и фото. После обеда они с ребятами пошли в лес на лыжах. Андрей снимал потрясающие пейзажи, и создавался полный эффект присутствия. Как будто я там, вместе с ними. И от этого было одновременно и радостно и немного грустно на душе.

А вечером я отважилась прислать Андрею селфи в ответ. Тоже захотелось, чтобы у него была моя фотография. Я долго думала, как и где это сделать. Трижды меняла причёску: конский хвост не понравился, распущенные с пробором на правую сторону, на левую… Да чёрт его разберёт, как лучше. Накрасила губы помадой. Стёрла. А потом просто сфоткалась в пижаме, сидя за кухонным столом с кружкой чая. Подняла её, как будто хочу с ним чокнуться. Через край свешивается верёвочка от пакетика с цветастым ярлычком на конце. Ну и пусть. Зато просто и искренне.

Пью чай, —зачем-то подписала фотку (можно подумать, что так не понятно) и отправила.

Ответ пришёл минут через двадцать. Наверное, они только вернулись с прогулки. Андрей лайкнул фото и отбил:

Ты очень красивая, Маша.

Мне тут же стало жарко. И вовсе не от чая. Я положила телефон экраном вниз, будто Андрей мог подсмотреть мою реакцию, и прижала ладони к щекам…

Второй день года для меня начался с генеральной уборки в одёжном шкафу. Я без сожаления выгребла на пол все свои вещи и приступила к подробному разбору своего гардероба. Что ношу, а что нет. Если не ношу, то по какой причине? Нужно ли что-то зашить, отремонтировать, постирать? Или просто «не нравится»?

Мама, застав меня за таким занятием, даже забыла, что хотела мне сказать:

— Дочь, я хотела попросить… — она замолчала на середине фразы, открыла, закрыла рот, а потом всё же спросила. — Ты чего это? Какой бес в тебя вселился?

— Мааам, — с упрёком протянула я.

Сарказм был неуместен. Да, моя комната не образец чистоты. Но и жуткой неряхой я не была, чтобы мой порыв к уборке воспринимался как главное событие года!

— Не обращай внимания. Это я так радуюсь. А могу узнать, что за повод?

— Помнишь, я рассказывала про благотворительный магазин, в котором работает Андрей?