Книга Друг моего парня. Сделка на любовь, страница 9 – Тина Дорофеева

Что же. сама предложила. Придется теперь писать.

— Алло, мам, — слышу в телефоне голос мамы, я сегодня задержусь немного в универе. Надо тут реферат написать, в библиотеке посижу.

Ой, Майя, ты только и учишься, дочка, — голос мамы уставший и такой потухший, — надо отдыхать больше.

— Мам, а сама? На работе загибаешься.

После родительского развода нам втроем стало совсем туго. Мама убивается на двух работах, чтобы поднять меня и младшую сестру. А я пока ничем не могу помочь. Вот получилось поступить на бюджет — уже хорошо для меня. Это моя обязанность, как родителя, Май.

Ага, а у папы никаких обязанностей перед нами нет, видимо.

Мама вздыхает. А я стискиваю зубы. Снова я выхожу из себя из-за отца. Но я поняла, что мы ему не нужны, когда он перечислили маме на Соню сто рублей алиментов. И ни раз не позвонил. У него там новая любовь и новая семья. А мама… Перед глазами плывет от слез. Зло стираю их, размазываю по щеке. — Ладно, мамуль, я постараюсь пораньше прийти. Соньку там поцелуй. Мама смеется.

— Она уже спит. Сонька твоя. После сада и танцев вся вымотана. Улыбаюсь. Соня пошла по моим стопам. Как только ей исполнилось пять она рванула в танцевальную студию, в которой я сама начинала. И теперь тоже занимается восточными танцами. А мне приятно до одури.

Окружаю себя книгами и погружаюсь в работу. Глаза начинают болеть. Отрываюсь от книг и поднимаю глаза. Вздрагиваю, когда напротив вижу Вавилова.

— Ты меня преследуешь? — шиплю, чтобы не никого не побеспокоить своей болтовней. Денис лениво отрывается от книги и поднимает на меня глаза. Вопросительно вздергивает бровь. Мне кажется, тебе надо показаться специалисту, пчелка Майя. По какому это поводу?

Бесит. Как же он меня раздражает! Одним своим видом. Хочется ему по голове настучать книгой, которая у меня в руках.

— По поводу своей шизофрении, — рычит Денис, — ты слишком много о себе думаешь. Хватаю воздух ртом.

— Шизофрении, значит? Только после тебя.

Вавилов снова дергает бровью. Откладывает книгу и опирается на стол. Мы начинаем дышать одним воздухом. Я наблюдаю за тем, как его зрачки то сужаются, то расширяются. А со мной что не так, пчелка?

Тебе надо провериться на синдром сталкера, — выпаливаю какую-то дичь. И сама же мысленно закатываю глаза.

— Это за кем же я сталкерю? — вкрадчиво спрашивает Денис, — неужели ты думаешь, что за тобой? Он отталкивается от стола. Складывает руки на груди. Сверлит меня тяжелым взглядом. Ощущаю на себе внимание других студентов, но уже настолько успеваю себя разогнать, что становится плевать на все. — Слишком уж часто ты оказываешься там, где не надо, — цежу сквозь зубы. Денис громко фыркает.

— Меня объедки Игоря не интересуют, — выплевывает мне в лицо, — погоди-ка. Он выдергивает книгу у меня из рук. Читает что-то на корешке и начинает громко ржать. Это ты, Игореше, что ли, делаешь? Да уж...

Я ему просто помогаю, потому что он не успевает.

Вавилов закатывает глаза.

— Бедняжка. Жопу ему ещё подотри, а то вдруг он не в состоянии. Синие глаза мерцают от ярости. Денис сжимает кулаки, а его ноздри раздуваются выдавая его бешенство.

— Да какое тебе дело? — вскидываю руки. Молодые люди! — гремит над моей головой голос библиотекаря, покиньте читательский зал и

разбирайтесь за пределами библиотеки. Будьте так любезны. — Простите, — бормочу себе под нос, — я сейчас пересяду и мы не будем мешать. Подхватываю рюкзак и ухожу за другой стол. Плюхаюсь на стул. Внутри все бурлит от злости на этого самовлюбленного индюка. Надо же. объедки.