Книга Друг моего парня. Сделка на любовь, страница 39 – Тина Дорофеева

Хоть мы и видимся каждое утро, но мне будто бы становится этого мало. Хочется проводить с ним больше времени. Я всеми силами пытаюсь прогонять такие мысли из своей головы, но они как назойливые мошки. Кружат и кружат. Прием, — Лелька машет у меня перед носом ладошкой, — ты где? Тут я, тут, — недовольно ворчу. — Во сколько начало?

Кошусь в сторону Игоря. Он тоже смотрит. Пристально. Так, что по коже мурашки. Отвожу взгляд. Не могу больше выдержать эти гляделки. Да и ни к чему давать ему повод думать, что я как-то заинтересована в нем. Так сразу после пар. Встречаемся на первом этаже.

Подруга посылает мне воздушный поцелуй и мы со звонком разбегаемся с ней по разным аудиториям грызть гранит науки.

До конца пар от Дениса прилетает пара сообщений. Узнает как у меня дела. От этого простого вопроса на лице появляется улыбка. Я не могу её контролировать, губы словно своей жизнью живут. Приятно, когда о тебе переживают. Пусть даже у нас это временно... Чем ближе время окончания занятий, тем сильнее у меня волнение. На последней паре я чуть ли не протираю стул от постоянного ерзанья. Даже преподаватель делает мне замечание. Как только слышу звонок вырываюсь из аудитории одна из первых. На первом этаже уже ждет Лелька. Видит меня и выдыхает с облегчением. — Уф, — дергает меня за руку на выход, — а я уж думала, что ты передумаешь и сбежишь через черный ХОД.

Смеюсь.

— Ну прям, я же обещала, что пойду.

Лелька замирает. Смотрит в сторону парковки. Прослеживаю за её взглядом. — Это кто? — шепчу ей на ухо.

Её взгляд меняется. Наполняется каким-то благоговением. Зеленые глаза вспыхивают неподдельным интересом.

И я, кажется, начинаю догадываться, кто именно перед нами.

— Это мой краш, — выдыхает Лелька, поправляя платиновые волосы, — скажи же милашка. Пытаюсь оценить молодого преподавателя. Вроде обычный.

Вавилов красивее в несколько сотен раз. Зажмуриваюсь и одергиваю себя. С чего вдруг я сравниваю других с ним?

Тревожный звоночек.

— Эх, — продолжает томно вздыхать Лелька, — красавчик. Может, мы уже пойдем? Чувствую какую-то неловкость и ее степень взлетает в несколько раз, когда этот препод поворачивается к нам и посылает улыбку.

Лелька чуть ли в этот момент не падает в обморок. Успеваю её подхватить. — Возьми себя в руки, ты что как мороженка во рту у перегревшегося спортсмена. Лелька громко хохочет.

Во рту у перегревшегося спортсмена? He-e-e-e-e-ет, а вот во рту у Андрея Михайловича я не против побывать.

Изображаю рвотный рефлекс и толкаю подругу к приехавшему такси. Приезжаем в спортивный клуб.

— Сегодня у них все официально. Ставки какие-то сумасшедшие. Полуфинал, дальше только финал и призовой фонд, вроде, несколько миллионов, — вводит в курс дела Лелька. — Да уж, — кручу головой по сторонам, — не тем я занималась все это время. Смеемся.

Мимо нас проходят девчонки в мини, со стрелками до бровей и в кроп-топах которые ничего не скрывают.

Народу тьма… не протолкнуться.

У нас отдельная трибуна на четверых. Удобно. Мамочка постаралась, — продолжает тараторить

Лелька, — она же у меня у руля контор по ставкам.

Зал огромный. Он забит зрителями. В центре ринг, огороженный сеткой. Судьи в черной форме что-то обсуждают между собой. Мы с Лелькой проходим на свои места. Не слишком далеко от места мордобоя. — А что не на ринге? — подкалываю подругу, когда мы усаживаемся в мягкие кресла, — а то тут плоховато будет видно цвет крови из носов.