Книга Желание на любовь, страница 10 – Галина Колоскова

Помолчав с минуту, агент с силой ударил кулаком по журнальному столику, чтобы дать хоть какой-то выход переполнявшим эмоциям. Хрустальная пепельница со звоном поехала по гладкому стеклу и остановилась у самого края.

— Не молчи, я жду ответа. И прошу, не ври. Через несколько часов я всё равно буду знать правду.

Лесси подняла голову и наконец встретилась с ним взглядом.

— Да! Знала…

За те несколько минут, что сидел понуро, Мэтт пропустил через себя последние двадцать лет жизни.

Когда и почему всё пошло не так? Где допустил ошибку? Не с того начал, не к тому пришёл? И сейчас отвечать за его грехи приходится юной девушке — его дочери, не знающей ничего об отце.

Аген понимал, кто главный виновник в этой истории: он сам, Мэттью Вуд. Именно он совершил нечто такое, что перевернуло жизнь двух женщин и сделало ответственной за их поступки третью. Но нет времени посыпать голову пеплом и биться о стену. Степень вины каждого определила жизнь и вынесла своё наказание. Меньше всего досталось ему, и от этого было особенно горько.

На то, чтобы оставить в прошлом одну женщину и освободить место в будущем для другой, есть всего десять минут — ровно столько обычно уходило на сборы у Мэтта. Что можно узнать за эти минуты, что сказать? Обострить всё настолько, чтобы пройтись по лезвию чувств голой душой, израниться в кровь и провести с собой Лесси?

Простить можно многое, но только не предательство, какими бы вескими ни были причины. Вуду врали шестнадцать лет, лгать сам он не станет.

— Да! Знала. Она приходила в твой дом за неделю до отъезда вашей семьи из Сквима. — Лесси сглотнула образовавшийся в горле ком. — Хотела с тобой поговорить, но ты в это время был в ванной.

Она понимала, что терять уже нечего, так почему бы напоследок не выдать Мэттью правду, не вылить всё, что накопилось.

— И что ты сказала? — продолжал буравить взглядом агент.

В голове Вуда стояла картинка: испуганная девушка с зелёными глазами, сидящая сейчас рядом с матерью на холодном полу магазина, на мушке прицела бандита. Девочка, которую все эти годы должен был любить и защищать отец, но не делал этого потому, что ничего о ней не знал. Впрочем, какие тут могут быть оправдания?..

Он изо всех сил старался не дать закипающему гневу вырваться на свободу. Только не сейчас.

— Что я тоже беременна и мы поженимся, как только вы устроитесь в Вашингтоне, — горько усмехнулась Райт.

Страх начал отпускать, на его место пришли обида и злость. Блондинка больше не теребила блузку; её пальцы, как когти у кошки перед прыжком, вжались в обивку дивана, побелев от напряжения.

— А что ещё я должна была сказать этой шлюшке? Она специально залезла под тебя, мелкая тварь! Понимала, что на трезвую голову ты и не взглянешь на неё!

Райт подскочила с дивана и ринулась с кулаками на Мэттью.

— Я знала, чувствовала, что она никогда не позволит нам быть вместе! Как ты мог?! Я же так любила тебя!

Брезгливо поморщившись, Вуд перехватил её кулаки у запястий и крепко сжал, пока теперь уже бывшая невеста не расслабила пальцы.

«Ну, началось…» Ноздри тонкого носа с силой втянули воздух. Он задержал дыхание, с шумом выдохнул, затем ещё раз глубоко вдохнул и, отодвинув Лесси, словно ненужный предмет, в сторону, подошёл к встроенному шкафу. Ему надо сохранять ясное мышление, нет сейчас времени на скандалы, попытаться абстрагироваться от всего, что будет происходить в этой комнате.