Книга Мой Запретный Роман, страница 73 – Катерина Тиманова

Любить оказалось больно.

Мужчина, который однажды возвел вас к звездам, может так безжалостно с их высоты толкнуть вас вниз.

В очередной раз, когда я открываю глаза, мне безразлично все, что я вижу. Я не способна оценивать своё состояние, но мне все равно, что будет. В комнате светло, и из коридора доносится голос Ани.

— Я не знаю, она просто лежит и плачет, даже звука не издаёт. Мне страшно за неё. Я её такой ни разу не видела.

Веки, налитые свинцом, вновь закрываются. Боли нет, но есть слабость, и нет сил ей противостоять.

Сколько прошло дней? Сколько я так лежу? Пока открываю и закрываю глаза, ничего не происходит, мир будто поставлен на паузу.

Когда Рома брал паузу, я хотела сброситься с моста, если он не захочет вернуться. А теперь я даже рада, что этого не произошло, моя смерть была бы глупа.

Воздух в комнате меняется, и я вновь просыпаюсь и вижу перед собой маму. Она сидит рядом со мной и гладит мои руки, в глазах стоят слезы, и я снова ощущаю ту боль. Что подумает обо мне моя родная мама? Она уже знает, что я была с женатым? Наверно, разочарована во мне. И я её пойму, если это так.

— Мам, — зову тихо, почти шёпотом.

— Девочка моя, Аня говорит, ты уже два дня ничего не ешь, лежишь в постели, не встаёшь.

Губы пересохли, только сейчас обращаю на это внимание. Облизываю их, они солёные, щеки стянуты, видимо, тоже от бесконечных слез.

— Водичку? — тянет ко мне стакан с водой, и я принимаю.

Делаю небольшие глотки, желудок начинает урчать. Понимаю, что надо поесть, но мысли о еде вызывают тошноту, я ничего не хочу.

— Мам, я не знала, что он женат. Правда не знала.

Понимаю, что мама уже в курсе, мне важно донести до неё, чтобы она не думала плохо обо мне. Плачу снова, за эти два дня можно уже все слезы выплакать, но откуда-то они снова берутся.

— Я знаю, малыш, все знаю. Мне так больно смотреть на твои слезы, если бы я могла, то всю боль твою себе забрала, доченька.

Мама накрывает меня собой, и мы вместе плачем. Я не хочу, чтобы она плакала, и сама остановиться не могу. В очередной раз проваливаюсь в дремоту, находясь между сном и реальностью. Чудятся мужские голоса, но я уверяю себя, что это все галлюцинации. А когда голос отца становится чётче, просыпаюсь и подскакиваю на кровати в тревоге, что папа узнал обо всем и сейчас разбирается с Ромой.

Мама появляется в комнате как раз когда я встаю.

— Белла, как ты?

Голова кружится, я ещё слаба и валюсь обратно на кровать.

— Мне показалось, что я слышала голос папы? — голос спит и жжет, это все последствия моей истерики.

Мама подходит ко мне и прикладывает ладонь к моему лбу. У меня действительно была температура, меня знобило и тошнило, сейчас получше, но голова кружится, и аппетита до сих пор нет.

— Да, папа приехал забрать тебя домой.

— Он уже знает?

Мама поджимает губы, понимаю ее без слов, в этот момент на пороге появляется папа.

— Как ты себя чувствуешь?

Он мрачный, под глазами залегли тени, мои любимые родители из-за меня им пришлось нервничать и переживать. Будто им своих проблем не хватало.

— Лучше, чем было. Температура, кажется, спала.

— Тогда собирай вещи, поживаешь пока у нас. И, Белла, если он попадется мне на глаза, я его убью.

Глупо уточнять, кого имеет в виду папа, я киваю, но как же хочется умолять его не трогать Рому. Не потому, что я боюсь за него, просто уже все это не имеет значения, между нами все закончено. Даже если он разведется с женой, я больше никогда не вернусь к нему. Он убил мою любовь к нему.