Книга Вниз, к звёздам. Том I, страница 264 – Нюта Либра

Тимофей тоже не дождался от подруги никаких разъяснений, поэтому поспешил вернуться домой. В больнице врачи не смогли скрыть положение девушки от него, и, хотя он не был в курсе некоторых событий её жизни, согласился умолчать обо всём перед Логаном. Аня поклялась ему, что расскажет парню о беременности сама, но у неё отчего-то никак не получалось собраться с духом и исполнить обещанное. То ли от бесконечного самобичевания её душевные силы вконец истратились, то ли их уничтожил последний луч надежды на то, что Джеймс возьмёт те оскорбительные слова назад и протянет девушке руку помощи.

Тем временем её безрадостное лицо, лишившееся тени улыбки и сбросившее с себя все яркие краски, подавленное настроение и игра в молчанку не просто настораживали, а пугали Логана. Он опасался, что страх, который Аня испытала по вине его бывшей, никуда не ушёл, а только засел глубоко внутри, где каждое его проявление потихоньку наслаивалось на любое воспоминание. Парень беспрестанно сетовал на то, что это молчание, такое затяжное и пугающее, отдаляло девушку на тысячи миль. А он оставался бессилен перед мощью, разделявшей двух людей.

Сначала Аня действительно хотела рассказать Логану и о ребёнке, и о совершённой измене. Но если на первых порах появления новости о малыше её совесть спала крепким сном, то спустя некоторое время начала возвещать о своём присутствии. Причём самыми безжалостными способами. Девушка была не в состоянии посмотреть парню в глаза, чтобы её нервы не кольнуло острой иголкой, поэтому опускала свои.

Однажды за ужином, проходившим в мертвенной тишине, Логан не выдержал:

— Энни, давай поговорим. Я больше не могу это выносить.

Аня отложила столовые приборы в сторону и тихо произнесла, не сводя напряжённого взгляда с полной спагетти тарелки:

— Не о чем говорить. Всё в порядке.

— Не ври ни себе, ни мне. Мы оба знаем, что что-то происходит. Что-то очень плохое. Прошу, не держи это в себе. Выговорись. Отпусти то, что заставляет тебя страдать.

Девушка устремила взор на белые стены, по-прежнему избегая махагоновых озёр:

— Помнишь, ты сказал мне, что, если я сделаю тебе больно, ты не станешь злиться и обвинять, а просто обнимешь и сделаешь вид, что виноват сам?

Логан выдавил слабую улыбку:

— Конечно.

— Ты говорил искренне или обманывался?

— Разумеется, искренне.

Аня закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы не разрыдаться:

— Ты уверен, что простишь любую мою ошибку?

— Почему ты спрашиваешь? – насторожился парень.

Девушка с силой закусила нижнюю губу, а её чёрные глаза резко распахнулись и наконец встретились с проникновенным взглядом парня:

— Потому что некоторые ошибки не подлежат прощению.

— Ради всего святого, Энни, не пугай меня. Скажи уже, что происходит.

Если она на самом деле признается сейчас, хватит ли Логану мужества и смелости остаться верным данному слову. Окажись на месте Джеймса любой другой мужчина, с которым девушку ничего, кроме минутного желания, не связывало бы, правда не весила бы целую тонну, а лёгкой вуалью легла бы на плечи. Но Аня предала Логана, променяв надёжные объятия парня на непрочный острог из рук его лучшего друга. Разве такое можно простить?

Логан выжидающе смотрел на девушку. В его напряжённо скрещенных пальцах застыла салфетка, которой он намеревался вытереть губы, но, наверное, позабыл о том, что хотел сделать, как только уловил желание Ани раскрыть правду. Он ждал, что любимая наплюёт на условности, предрассудки и те вещи, которые вынуждали её терзаться в одиночестве, но она разочаровала парня своим ответом.