Книга Вниз, к звёздам. Том I, страница 239 – Нюта Либра

Глаза Робина сияли всё ярче. Его наверняка забавляло внезапное обретение дара речи его собеседницей. Оттого мужчина без стеснения задавал больше и больше вопросов, которые девушка с уверенностью и ясностью украшала логическими аргументами.

— Что ж. Зато описание ада там точно присутствует. Ужасающие пытки, применимые только к телу.

Аня победно ухмыльнулась:

— Слово ад происходит от греческого "аэдос", что означает "невидимое". Подробного описания ада в Библии также нет. Он понимается как невидимая область, полная тьмы.

Робин не желал униматься, раззадоренный увлекательной беседой:

— Хорошо. А как ты относишься к однополым парам?

Девушка опешила, потому что разговор резко накренило совсем в далёкую от религии сторону. Хотя не такую далёкую, как могло показаться поначалу.

— Если верить древним религиозным догматам, они оскорбляют самого Бога, который создал в пару к Адаму именно женщину. Однополые пары противны самой природе и противоречат ей. И, возможно, были бы противны мне, если бы мне не было плевать на всех, кроме себя самой.

— Слова эгоистичной ханжи. Право осуждать и судить других принадлежит лишь высшим силам. Однако Бог, может, и не создавал бы женщину вовсе, если б знал, что его второе творение станет первым, оскорбившим его волю.

— Он знал и видел всё, что уготовано пережить нашему миру. Но избрать грех было только её выбором, и ни чьим больше.

— Ты не защищаешь свою прародительницу. Как странно.

— Не защищаю. Я всего-навсего обижена на неё за неумение подчинять инстинкты и желания разуму.

— Любопытно, – противно сощурился Робин, – Твоё замужество и есть умение подчинять желания разуму?

Аня уставилась на Дракулу с таким выражением лица, словно впервые его увидела.

— Вежливость и учтивость. Помнишь?

— К дьяволу твои вежливость и учтивость, – вскипела девушка, раскрасневшись то ли от выпитого вина, то ли от нахлынувшей ярости, – если ты сам не следуешь данному слову.

— Ты ненавидишь всех людей или меня в качестве исключения?

— Я люблю лишь отдельных представителей человечества, – грубо гаркнула Аня, – Полюбить же человечество в целом я, увы, не в силах.

— Вижу, кое-что в Библии всё-таки имеет смысл. Например, мне очень нравится фраза: "Возлюби ближнего своего, как самого себя."

— Похвально, что ты заботишься о своих ближних, – съехидничала девушка, скорчив брезгливую гримасу.

— Дело вовсе не в этом, ласточка моя. Любовь к окружающим берёт истоки из любви к себе. Поэтому-то ты и не можешь полюбить человечество в целом.

— Почему – поэтому?

— Потому что себя не любишь и не ценишь.

— О да, я совсем забыла: ты у нас великий ценитель женской натуры.

— А ещё ты не выносишь правду. Особенно самую суровую и жестокую.

— Если я эгоистка, почему же я себя не ценю?

— Это загадка, на которую, к сожалению, у меня нет ответа.

Ну всё, терпение Ани приблизилось к исходной черте. Сжав правую руку в кулак, она поднялась из-за стола:

— Надеюсь, мы никогда снова не встретимся. А если встретимся, даже не смей подходить ко мне. Прощай, Дракула.

С этими словами Аня побежала к выходу, наполняя помещение звонким стуком каблуков.

— Совеt да лuбоv, – бросил ей вслед мерзкий Дракула на почти безупречном русском языке.

* * *

Свадьба Ани Епифановой тире Милославской тире Паскуаль и Логана Харрисона должна была пройти на престижной вилле в Каннах. Трёхэтажный дворец современного типа с открытым бассейном, по поверхности которого проходила усаженная колоннами с обеих сторон мраморная дорога, ведущая к заднему ходу, две гостиные, множество спален и ванных комнат, выполненных в блистающей светом гамме, два немыслимо длинных балкона, с которых открывался вид на прекраснейшее Средиземное море, – о чём ещё можно мечтать.