Книга Каникулы в академии некромантов, страница 13 – Аликс Гифт

Поезд тронулся, и, сидя на жёсткой лавке плацкарта, я поняла, как сильно просчиталась.

Вот и настал тот день, когда я в полной мере почувствовала себя принцессой.

Той, которая из сказки "принцесса на горошине". Но, как известно, сказочным принцессам живётся априори легче, чем несказочным. И горошину ей в постель подложили одну, а не сто одну.

Радовало то, что монеты — это не горох, и они имеют плоскую поверхность. Чувствую, по прибытию в столицу некоторые стратегические места моей персоны будут иметь занимательный узор. Очень надеюсь, что хотя бы профиль правителя с монет не отпечатается на моей пятой точке.

Наверное, первый раз за все время я была не против местной моды на длинные платья с кучей подъюбников. Они создавали по крайней мере некоторое подобие мягкой прослойки в этой трудной жизненной ситуации.

Возможно, не стоило так сильно экономить, нужно было раскошелиться и взять билет подороже и получить более комфортную обстановку. Наверное, вагоны такого типа сделаны в основном для тех, кто совершает более короткие поездки. А я то думала, почему у продавщицы билетов на вокзале были такие круглые вытаращенные глаза, когда она выписывала мне на билете примерное время прибытия. Но она ничего мне не подсказала, а моя неопытность сыграла со мной злую шутку. Я ведь воображала наш обычный земной поезд! А от усиливающийся тревоги и расстраивающих меня с утра мыслей сегодня соображала не так хорошо, как обычно. Польстилась на низкую цену, называется. Позабыв, что скупой платит дважды.

А здесь я ни разу и не путешествовала, меня и из дома-то не особо часто выпускали.

Поезд ехал. За окошком, пока не стемнело, можно было наблюдать ни шатко ни валко сменяющийся пейзаж: поле, поле, рощица, снова поля. Иногда были остановки на станциях, выходили и входили пассажиры, машинисты пополняли запас воды для паровоза, и мы ехали дальше.

Кое-как примостив голову на сумку и растянувшись на лавке, я провалилась в сон под мерный убаюкивающий стук колес.

Снилось мне, что я в своем универе, сдаю экзамен по полит теории, а наш профессор Семочкин вдруг спрашивает меня:

— Ну ка, Маркина, а теперь расскажи, что будет, если смешать корень златоцветника и настойку полыни.

У меня в руке оказывается половник, я взмахиваю им, как волшебной палочкой и то ли отвечаю на вопрос профессора, то ли произношу заклинание:

— Абракадабра!

Семочкин страдальчески вздыхает и говорит:

— Эх, Лиза, Лиза…

— Лиза, Лиза-а-а! — в мой сон вкручивался очень знакомый голос, а ещё меня трясли за плечо. — Да проснись же ты! У меня время пребывания здесь ограничено вообще-то!!!

Сон слетел с меня за секунду!

— Наконец-то! — не удержалась я от возгласа. — Я уже реально чуть не двинулась от беспокойства. Рассчитывала, что ты появишься чуточку раньше.

— Да? — Алиса вскинула брови, а потом прищурилась со всей своей подозрительностью. — И сколько же времени для тебя здесь прошло? Надеюсь, не год?

— Целая неделя! Или даже больше! Там мама моя теперь мечется как лев в клетке! Она тебе не звонила? — и тут я осеклась. — Какой год? Что значит "для меня"?

— Эх, — вздохнула сестрёнка. — Я ведь действительно не могу здесь находиться долго, я же проводник. И походу с некоторыми обязанностями привратника. А привратники как бы должны сидеть у дверей, не шастая и не слоняясь бесцельно по вверенным помещениям. Ну и как проводник, я должна проводить туда-обратно "клиента" и на этом успокоиться. Туризм по мирам для меня прикрыт. К сожалению. Если я начну злоупотреблять этим, то для сохранения межмировой гармонии придется отдать что-то в уплату. Или кого-то, — добавила она тихо, глядя в сторону.