Книга Любовь с шотландским акцентом, страница 32 – Ольга Успенская

— А сколько времени?

— Четыре утра. Мы устали слушать твои охи и ахи. Хочется тишины.

Настя вернулась к себе в кровать и быстро заснула. А Веронике теперь не спалось. Она думала о ситуации, в которой оказалась. Почему она так легко и непринуждённо разговаривала с бывшим? Почему не вспомнила Нокса ни разу?

«Да, надо заканчивать уже с Сергеем. Он женат, а теперь ещё стал отцом. У меня есть достойный мужчина, который любит и ждёт меня. Утром обязательно позвоню Ноксу. Поскорее бы получить визу, чтобы уехать отсюда и больше никогда не видеться с Серёжей», - размышляла Вероника. С этими мыслями она опять заснула.

В воскресенье, разговаривая с Ноксом, Вероника старалась быть милой и весëлой. Она испытывала лëгкие угрызения совести. Ей самой было неприятно оттого, что она много думает о Сергее, как бы вытесняя образ Нокса.

— Смотри не перестарайся, - шепнула Настя Веронике, зайдя в еë комнату. - Привет, Нокс. Как дела?

— Скучаю. Я и Крейг ждëм вас с нетерпением.

— Ой, а мы-то как скучаем. Так влюбились в Шотландию, что и дня не можем прожить без воспоминаний о ней. Ну и без воспоминаний о вас, наши любимые и преданные мужчины.

— Спасибо, Анастасия. Надеюсь, скоро увидимся, - улыбаясь, ответил Нокс.

Вероника слегка ущипнула подругу и по-русски произнесла:

— Иди, Настенька, занимайся своими делами. Не мешай взрослым людям общаться.

— Ухожу, ухожу. Вечером Крейгу позвоню, а то что-то завидно стало, глядя на вас.

— О чëм вы там разговариваете? Я же не понимаю, - спросил Нокс.

— Всë хорошо, дорогой. Анастасии тоже захотелось поговорить с Крейгом, видя наше общение.

— Понятно. Надеюсь, скоро мы соберëмся за одним столом.

— Очень на это надеюсь, - ответила Настя по-английски. А по-русски тихо добавила: - Если некоторых бес не попутает.

Вероника так зло посмотрела на подругу, что та быстро вышла из комнаты.

После разговора с Ноксом возмущению Вероники не было предела.

— Ты что, совсем с ума сошла? Он ведь записывает наши разговоры. Спросит у того же Милоша, что мы говорим по-русски. Начнëт сомневаться, что у нас всë хорошо, переживать.

Настя изобразила грустное выражение лица.

— А что ты так возмущаешься? Ты же сама даëшь повод для переживаний. Думаешь, мне приятно осознавать, что общение с Сергеем затянет тебя и ты передумаешь уезжать? Ты так стонала ночью во сне. И это после разговора с ним. Что-то ты так не стонала после переговоров с Ноксом. Мне страшно оттого, что он опять затянет тебя в свои сети, как паук. И ничего из задуманного в Шотландии у нас не получится. Я-то уеду по-любому, а что будешь делать ты? Он, как говорится, поматросит и бросит. А ты? Что будешь делать ты?

— Хорошо, не буду больше с ним общаться. Спи спокойно, дорогая мамуля.

— Какая я тебе мамуля? Мы практически ровесницы. Не называй меня так.

— Ты ведёшь себя как заботливая мамочка. Я же не просто так называю тебя, - хихикнула Вероника. - А ещë мне нравится злить тебя. Ты всегда такая невозмутимая, мамуля.

— Я сейчас кину в тебя что-нибудь тяжëлое.

— Не надо, мамуля. Я всë поняла.

Настя схватила полотенце и замахнулась. Вероника быстро забежала в свою комнату и закрыла дверь.

— Не надо так нервничать, мамуля. Всë хорошо.

— Только выйди из комнаты, я тебе покажу кузькину мать.