Книга Смерть меня не найдёт, страница 175 – Ефимия Летова

А что насчёт насчёт отношений… Две декады дней приключений и одна ночь, захватившая, правда, ещё и утро, за полноценные отношения считаться не может. Выяснять попросту нечего. Ревновать к прошлому бессмысленно. Не стоит обольщаться.

Не стоит, я сказала!

— Служители, — зашептала я Лиграну на ухо, коснувшись губами его ушной раковины — хмыра всё побери, не об этом сейчас надо думать! — Где-то там двое служителей, от храма и от короны. Они не знают, что фелиноса нет?

— Конечно, не знают. Утечка информации и паника никому не нужны.

— Значит, дозор они несут по-прежнему… Как выглядит реликвия? Скажи мне, сейчас ты же можешь мне сказать.

Теперь уже Лигран коснулся моего уха, слегка прикусил, но ничего не ответил.

— Скажи!

— Я его не видел.

— Даже ты?! Не верю. Как можно искать то, чего нет?

— Вот так. На церемонии присутствуют только члены королевской семьи и Верховный жрец. Я, как и все прочие жители Магра, не имею права её посещать и обращать свой взор на божественное. А у вас не так?

— Не так. Точнее, не совсем так… Ладно. Это тоже потом. Хватит задавать мне вопросы, сейчас момент не подходящий! Служителей надо как-то отвлечь, чтобы я могла выйти и осмотреться. А лучше на время успокоить.

— По голове и в колодец?

Определённо, что-то от Мартовского раздолбайства имело место быть и в натуре лирта королевского следователя. И не могу сказать, что мне это не нравилось.

— А вот не надо про колодцы. Теперь твоя очередь проявить себя.

— Ладно, ты права, — вздохнул Лигран. — Твоя близость меня дестабилизирует, надо вылезать, а не осквернять священное место своими приземлёнными и непристойными мыслями, моя лирта. Сиди здесь и жди меня.

— Эй! — я занервничала вопреки собственным же словам про "очередь проявить себя". — Ты куда? Почему один?

— Успокаивать служителей. Камилла, неужели ты думаешь, что я совсем бесполезный?!

Ну, не то что бы… Просто не привыкла ещё.

— А что будет, если тебя обнаружат?

— Ничего хорошего, — его лицо снова стало серьезным, бесстрастным и сосредоточенным, и я на мгновение испугалась: а вдруг у него раздвоение личности? Ну не может человек быть таким… разным, одинаково естественным в обеих своих личинах! А Лигран, не ведая о моих терзаниях, продолжил. — Ничего хорошего, но и ничего критичного, разумеется. Если меня обнаружат, то задержат до появления кого-то из Верховных. Королевские охранники фелиноса мне не подчиняются, только непосредственно королю. Жреческому внушению мне противопоставить нечего. Но служитель от жрецов должен быть только один, если вырубить его первым и сразу, сложностей быть не должно.

— Пойдём вместе?!

— Сиди и не позорь меня, лирта, — строго сказал мой лирт и гибко вынырнул из-под стола. А я осталась, терзаемая самыми что ни на есть противоречивыми чувствами: тревогой, виной и каким-то смутным в силу своей новизны желанием положиться на другого.

Глава он местной полиции или кто?!

Дзынь, дзынь, дзынь!

Хочется зажать руками уши, но я боюсь, что пропущу что-нибудь важное, хотя в таком шуме всё равно ничего не услышать. Бедолаги служители, изнутри всё воспринимается совсем не так, как снаружи. Да уж, на "непристойные мысли" сил действительно не остаётся, разве что на одну — спалить этих звонарей на площади перед Центральным храмом, а пепел развеять над морем.