Книга Весна, которой нам не хватит, страница 120 – Ефимия Летова

— Поедем в субботу во Флорбург вместе? – я не хотела этого говорить, тем более так просительно, но тишина затягивалась, и она была невыносима.

— В воскресенье. В субботу у меня важная встреча.

Теперь уже вспылила я.

— Какая ещё встреча? Я же не свидание тебе предлагаю! В расследовании изначально был заинтересован именно ты!

— Это не та встреча, от которой можно отказаться.

Я отчего-то испугалась, но ждала продолжения, и Эймери нехотя добавил:

— Получу последнюю дозу антидота. Последнюю в том плане, что его больше нет. Совсем нет. Перед... В общем, небольшой целительский сеанс. Я уже знаю, как оно бывает, если с этим затянуть.

— А как оно бывает? – осторожно спросила я. И Эймери внезапно ответил:

— Сначала повышается температура. Нарастает слабость, кружится голова. Болит нога, и эта боль усиливается. Ломит кости и суставы, голова раскалывается, тошнота... Не особо романтично, верно? Возможно, стоило бы тебе это показать. Сразу рассеялись бы девичьи мечты...

— Идиот! – выкрикнула я. – Ты всегда думал обо мне плохо! Ну и сиди здесь... один.

И я таки бросила в него ключом, и слепо шагнула к двери.

Эймери схватил меня за руку, когда я уже открывала дверь. Захлопнул её, для верности придавив спиной.

— Подожди.

У меня ноги подкосились, но я стиснула зубы. Не собираюсь больше на него вешаться. Хватит с меня уже.

— Я переборщил. Прости.

— Крысу отдай, – процедила я. Обида неожиданно помогла собраться, слёзы отступили.

— Откуда она?

— Я же говорила. Из подвалов. Я её немного подпалила, пока ловила по приказу этого вашего больного на голову директора. Отдала Дику в обмен на... одну услугу. Чтобы подлечили.

— У тебя патологическая страсть всех лечить, – почти печально заключил Эймери. – Похоже, животное прекрасно себя чувствует. Давай даруем ему свободу. Скоро лето, не помрёт с голоду. Выпустим его где-нибудь в лесу. Пусть хоть кто-то будет свободен.

— Выпущу, когда найдётся Делайн. Я так загадала, – призналась я не без стыда.

— Оставляй, – кивнул Эймери. – Но умоляю, больше никаких собак, лошадей, свиней или...

— А как же кошка?

— Если кошка его съест, то, думаю, Делайн ждать будет уже бессмысленно.

— Не говори так!

Эймери снова промолчал. Кошка посмотрела на него, крысюк притих, закопавшись в траву: на дно клетки Дик насыпал ему сухой травы. А вот кусочек оранжевой морковки явно был свежий.

— Можно вопрос? – неожиданно сказал Эймери. – Почему ты обратилась за помощью к Дикьену, а не к Гийому? Боишься побеспокоить женишка?

— Я бы и по поводу Карэйна к нему не обратилась, если бы речь не шла о тебе, – сказала я неожиданно для себя, не без некоторого удивления понимая, что так оно и есть. – Если сможешь подержать крысу у себя хоть несколько дней – спасибо. Мне пора.

— До встречи.

Эймери подвинулся, пропуская меня, и я прошла мимо него, словно в замедленном времени, с усилием делая шаг за шагом в воздухе, ставшем неожиданно густым и плотным.

Несмотря на всю серьёзность момента, я не могла удержаться от смеха, глядя на сердитого, насупленного, как ёж, Эймери, протискивающегося в дверь маленькой проходной аудитории КБД. Так выглядел бы мальчик лет восьми, которого мама неожиданно вытащила к своим болтливым подругам, расцеловала в обе щеки, поставила на табуретку посреди уставленной цветами гостиной и велела бы читать наизусть «В чистом поле незабудки точно куколки глаза».