Книга Я тебя съем, страница 58 – Лана Морриган

— Конечно, отдыхай.

— Спасибо. – Он притягивает меня за подбородок и целует в губы. – Час, не больше, обещаю. Если хочешь, можешь посмотреть телек или поесть. Чувствуй себя как дома. Ты точно не в обиде?

— Точно, – отвечаю я.

— Час, Алин. – Расстегивает пряжку ремня. – Никому не открывай. Ключи есть только у Эльки и отца. Он точно не приедет, а с Элькой проблем не будет. – Снимает джинсы, вышагивает, красуясь в боксерах, включает телевизор, показывает, как пользоваться пультом, не закрывает дверь в спальню, ничком падает на постель, и уже через несколько секунд я слышу характерное посапывание.

С Ником, словно на американских горках, я не знаю, чего ожидать через пару минут: крутой спуск или головокружительный подъем; горячий секс в лифте или крепкий здоровый сон.

Я стараюсь ходить бесшумно, заглядываю в комнаты: минимум мебели, чисто и функционально. Со стаканом прохладной воды возвращаюсь на звуки телевизионной передачи, занимаю единственное мягкое кресло в комнате, просматриваю последние обновления друзей в соцсетях.

— Алло, – шепчу я, прикрывая ладонью динамик.

— Сорокина, ты где?  С тобой все в порядке? – Комарова-старшая расспрашивает с пристрастием. – Ты решила переночевать на работе? Мы уже все руки отбили.

— Я не дома.

— А чего шепчешь? – подруга мне подражает.

— Ник спит.

— О-о-о, – оглушает подруга, – поехали, Саня, домой, наша поддержка тут больше не требуется, – обращается к сестре.

— Ань, ну ты что?

— Все нормально, Сорокина, иди и хорошенько его оттрахай. Признайся, усыпила мужика рассказами о диссертации? – смеется Аня. – За нас не беспокойся. Пока, детка, – произносит с придыханием и сбрасывает вызов.

— Дурочка, – шепчу я, улыбаясь прислушиваясь к тишине.

Ник

* * *

Рядом со мной проминается постель, терпкий запах медленно проникает в сознание, отгоняя остатки сна. Просыпаться рядом со своей парой – это особый вид удовольствия, даже вот так, когда Алина просто сидит рядом. А что будет, если спать вместе, придавить ее тело бедром, уткнуться носом в основание шеи и считать пульс?

Я слышу ее трепещущее сердцебиение. Не выдаю себя, продолжаю лежать на животе. Девушка сдвигается ближе, задерживает дыхание. Между лопаток жжет: Аля исследует рисунок татуировки, не касаясь, обводит пальцами.

— Дотронься, – произношу я, не открывая глаз.

Рваный взволнованный выдох, пальцы нежно ложатся чуть ниже середины спины, где морда огромного волка угрожающе скалится.

— Что он означает? – осторожно интересуется Аля.

— Это настоящий я. Волк – моя сущность.

— Ты не такой, – отвечает она не раздумывая. Пробегается подушечками пальцев по плечам и шее. – А почему ветви с шипами?

— А что плохого в звере? Волк – воплощение верности и терпения.

— Волки – безжалостные хищники.

Я поворачиваюсь к Алине лицом.

— Зверь безжалостен лишь тогда, когда кто-то угрожает его стае, а в остальном мы милые пушистики. – Улыбаюсь и получаю улыбку в ответ. – А шипы добавили к ветвям для эффектности. – Переворачиваюсь на спину. – Чтобы казаться круче, чем есть на самом деле.

Алина насмешливо фырчит, склоняется, кладет ладонь мне на грудь.

— Я не хотела тебя будить, – говорит тихо.

— Не беспокойся, я выспался. Чем занималась?

— Смотрела какую-то передачу.

— Иди ко мне. – Я притягиваю девушку и укладываю на себя.