Книга Мой волк, страница 57 – Лана Морриган

Волчица причмокнула, фыркнула и сменила тон с просящего на требовательный.

— Ты не имеешь права отказать. Я знаю, что ты связан обязательствами, – она нахально перешла на “ты”.

— А ты забываешь, волчица, с кем разговариваешь, – голос демона загудел.

— Я отлично это помню. С демоном сосланным на Землю, – произнесла она высокомерно. – Лишенным сил демоном.

Почему я раньше не замечал испорченного нутра волчицы?..

— Как же ты глупа, – сказал Сеар, подтверждая мои мысли. – Я верну свои силы, – послышался скрип и размеренные шаги, – и обязательно вспомню о тебе.

— Или не вернешь, – ответила Леся.

Демон рассмеялся и спросил:

— Так что ты пришла просить в этот раз?

— Ребенка.

— Серьезно? – уточнил Сеар. – Тебе абсолютно любого? Сейчас приведу, – спешные шаги, поворот ручки, скрип.

— Нет. Мне нужен только волчонок. Мой и Митира.

Я смотрел на узкую щель, сквозь которую пробивались свет в тускло освещенный коридор и отвратительная смесь запахов. Сигаретный дым вперемешку с вонью гнили.

— М-м-м, – протянул Сеар. – Хорошее желание, – он распахнул шире дверь, кивком приглашая меня войти. – Мы как раз говорили о тебе, оборотень. Войдешь? – спросил, не выпуская сигареты изо рта.

Я не мог сделать шаг, стоял и смотрел вглубь кабинета.

Волчица заметила меня. Ее лицо раскраснелось, скривилось. И она отвернулась, явно что-то обдумывая.

— А почему бы и нет, – ответил я, справляясь с оцепенением. – Хочу поучаствовать в вашей беседе.

Леся пождала губы, подобралась, сделала небольшой шаг назад.

— Она тебя боится, – прокомментировал Сеар.

— И это печально. Я не трону самку. Если это не угрожает жизни, кому-то из близких, – добавил я. – За столько лет совместной жизни, ты могла бы узнать меня и лучше.

Я заставил себя сесть, до боли сжав кисти рук в кулаки.

Демон закрыл дверь и занял свое место.

— Ну, – обронил он нетерпеливо. – Что теперь ты скажешь? – смотрел на Лесю.

— Мне нечего сказать, – произнесла она, беря дрожащими руками сумочку с края стола. – Я не буду оправдываться или пытаться что-то объяснить. Никто из вас не поймет.

Я чувствовал страх волчицы. Чувствовал ее злость.

Но она не раскаивалась в своих действиях. И это пугало.

— Зачем? – только и спросил я.

Леся подняла голову к потолку, проморгалась и произнесла:

— Я полюбила тебя.

— И все? – уточнил я.

— Что значит и все? – спросила она. – Любви тебе мало?

— Для того, чтобы лишать другого человека выбора, да.

Волчица засмеялась.

— Ну посмотрю, дашь ли ты выбор этой девчонке. Сможешь ли отказаться от нее, если она не захочет тебя видеть.

— Не ср-р-равнивай, – прорычал я. – И ты сделала все, чтобы Агата бежала от меня как от чумного, – я с силой вцепился в подлокотники кресла.

— И сделала бы больше, – добавила волчица. – Сорок лет большой срок для любви. Это настоящая проверка временем, – она смотрела на меня. – Ты забыл все в одно мгновение, только почувствовав ее запах. Разве это справедливо?

Я все же не выдержал и поднялся, вспарывая бархатную обивку когтями.

Волчица шумно сглотнула, но не сдвинулась с места.

— Ты путаешь эгоизм и желание манипулировать с любовью. И я понимаю одно – тебе нельзя было отступать. Ведь вскрылась бы твоя ложь. И поэтому ты погрязала в ней все больше и больше. Назад дороги не было с первого дня, как ты заключила сделку. И теперь тебя не примет моя стая – ты вернешься домой. И там тебя не ждет ничего хорошего. А твоего отца ждет очередной позор.