Книга Проклятый волк, страница 90 – Лана Морриган

Семнадцать лет спустя

— Она все чаще грустит, – произнесла я тихо-тихо, наблюдая за детьми.

Таир обнял меня со спины.

— Мы все сделали правильно, – прошептал на ухо.

— Я знаю, но боюсь, что Алия обозлится на Давида. Возненавидит его. Да и нас.

— Этого не будет. Они не просто брат и сестра, они – друзья.

— Но все же я боюсь.

Алия каждый день сопровождала брата на прогулку. С момента его первого оборота. И что бы она ни говорила, я видела в ее глазах зависть. Но, слава богам, не злую. Во взгляде не было обвинений – лишь желание присоединиться к Давиду. Стать такой, как все. Быть обычной для стаи.

— Я хочу покрасить волосы, – как-то заявила дочь, открыв дверь автомобиля и плюхаясь на сиденье.

— Зачем? У тебя красивые волосы, – я привела, как мне показалось, неоспоримый аргумент.

— Может быть, – она обиженно дернула плечами. – Но я хочу быть нормальной хотя бы в мире людей.

— Ясно, – произнесла я явно не с той интонацией. Алия бросила на меня недовольный взгляд. – И кто из них, – я мотнула головой в сторону школы, – высказал свое ненужное мнение о твоей внешности?

— Это не важно.

— А тут ты права. Совсем не важно. Пусть люди думают, что хотят. Они не должны влиять на твою внешность или…

— Мам, – прервала меня дочь, – просто скажи, ты мне поможешь или нет?

— Я правильно понимаю, что если не помогу, то ты сделаешь все сама?

— Сделаю, – она заправила светлые пряди за ушки. – Я же какое-то недоразумение. Как оборотень и как человек. Волчица без зверя.

— А к человеческой половине у тебя какие претензии? – уточнила я как можно мягче.

— Пф-ф-ф, – дочка выразительно фыркнула. – Алия Булатова, – она показала на себя пальцем.

— Так…

— Ну что так, мам? Девушка с моим именем и моей фамилией не может быть блондинкой, да еще с чернючими глазами. Да и если бы блондинкой. Они же почти белые, – Алия дернула себя за прядь. – Я выгляжу как пришелец.

— Ты очень красивая.

— Ма-а-ам.

— Разве я буду тебе лгать?

Дочь сморщила нос.

— Все родители так говорят своим детям.

— Возможно. Но я точно не вру.

— Да-да… Хотя бы можно последний год доучиться дома? Как Давиду.

— Мы не просто так забрали его из школы. Первый оборот…

— Ясно.

И вот это “ясно”, обиженное и решительное, стало последней каплей. Зачем я пытаюсь ее переубедить? Она сама должна прожить период взросления. Принять себя. И если для этого ей нужно покрасить волосы…

— В зеленый? – спросила я, тяжело вздохнув, представив реакцию Таира. – Или синий? Какой сейчас модно?

Алия возбужденно облизала губы.

— Правда можно?

— Можно. Только у твоего отца будет истерика.

— Из-за цвета волос? Не будет. И это мои волосы, хочу их крашу, а хочу – нет.

Мне стоило немалых усилий не засмеяться.

— Ох, Лий, мужчины невыносимы, когда понимают, что их дочь выросла.

— Я выросла уже давно.

— Да, ты права, – согласилась я. – В магазин за краской?

— Ну-у-у, я уже записалась в салон. Тут недалеко. Через три улицы. Там отличные мастера покраски и стрижки.

— Алия!

— Чуть-чуть, – она приложила ладонь к шее. – Вот так. Это не коротко, – пошла сразу в наступление, замечая, как мои брови поползли вверх.

— Нам с тобой не жить…

Все, что касалось Алии, Таир всегда принимал очень тяжело. В разы тяжелее, чем проблемы Давида. И дело не в том, что волчонок не родная кровь… Алия – дочь. Любимая девочка – и этим было все сказано.