Книга Проклятый волк, страница 41 – Лана Морриган

И в ответ веселье в глазах, нежность, страсть, желание. За этот коктейль можно с легкостью отдать жизнь. Без раздумий шагнуть в пропасть или огонь.

— Спорим, я тебя обгоню? – спросила она, нетерпеливо ерзая попой на стуле.

— Спорим, что я тебе поддамся, – ответил я, заражаясь весельем.

— Нечестно. Но мне нравится. Только не забудь о своем обещании, когда мы направимся в лес.

— Точно не забуду.

Как можно забыть о том, что может сделать счастливой твою пару. Тем более о совершенно ничего не стоящей просьбе. Да я готов поддаваться в беге, лото, прыжках, шахматах. Да в чем угодно! И видеть взамен совершенно неподдельную радость.

Волчица бежала к подлеску, изредка оборачивалась, проверяла, сдержу ли я обещание и дам ли ей фору.

— Семь, восемь, девять, десять, – последнюю цифру я выкрикнул и, не заботясь об одежде, опустился на землю зверем.

Давно я не играл в пятнашки. Очень давно. С момента смерти сестры. Она, как и Миа, любила дразнить меня, зная, что все равно останется победителем.

Я не торопился. Просто бежал, не выпуская волчицу из виду. Она определенно лучше знала местность, пыталась завести меня в ловушку. Резко сворачивала перед оврагом или ныряла под ветвь в самую последнюю секунду.

Я чувствовал ее веселье, легкость, тишину в мыслях.

Волчица сбросила скорость, перешла на быстрый шаг и дождалась меня. Махнула мордой, указывая направление, и опять побежала. Набирала скорость, не оглядывалась, не слышала моего недовольного рычания, спустилась с пригорка и вбежала в воду, с головой уходя в темную гладь.

— Миа, – вырвалось уже человеческой речью, когда я нырнул следом. Вода не просто холодная – ледяная. – Миа! – рыкнул, замечая довольное лицо волчицы метрах в пятнадцати от меня. – Простынешь.

— Оборотни не простывают, – волчица чуть наклонилась вперед, перекинула волосы на одно плечо и выжимала из них влагу.

— Ты только вернула оборот. Не нужно рисковать, – я пошел на Мию, разгребая ладонями перед собой воду.

— Я ничем не рискую. Ты же прекрасно об этом знаешь.

— Я не шучу!

— А разве я сомневаюсь в этом, – ответила волчица, откидывая волосы за спину и шагая назад.

— Поймаю.

— Сомневаюсь, – хохотнула она и бросилась к берегу.

Провоцировала, дразнила, хотела, чтобы я побежал за ней. И я сделал это. Настиг за три прыжка, перехватил Мию за талию, развернул лицом к себе и аккуратно уложил на траву.

— Хочешь согреться?

— Хочу, – ответил я, прижимая волчицу телом.

— С тебя капает вода, – она недовольно нахмурилась и принялась стирать капли с моих щек, лба, отряхнула волосы и провела пальчиками вдоль бровей. – Теперь отлично.

— Ты ледяная.

Миа только улыбнулась на мои возмущения.

— Я ждала встречи с тобой. Ты не представляешь как, – сказала она, обвивая мою шею руками. – Завидовала Адаму, когда он встретил Леру. Не злилась на него, конечно, но очень завидовала. А потом у них появился волчонок. Он был настоящим чудом. Сейчас вредный, но раньше, поверь, был самым сладким пупсом.

— Миа, – я откашлялся.

В горле встал ком. Слышать от своей пары, что она желает потомства, было приятно и больно. Но эти слова что-то сломали во мне. Любой оборотень желал продолжения своего рода. Любой! И я всегда этого желал… до того, как на моем теле появились знаки.

— А знаю, что ты скажешь. Проклятье…