Книга Резиновая Зина, страница 75 – Таша Лев

Проход оказался узким, как джинсы после новогодних праздников, и пахнущим плесенью и грибами. Но через полчаса ползания и трех приступов изжоги, впереди забрезжил свет. Сердце заколотилось, как барабанная дробь. И тут… знакомое шипение:

— Мммояяя… Богиня… — Офион, оторвавший батарею от стены, полз за мной, волоча за собой радиатор, как собака поводок.

От страха, что желанная свобода вот-вот ускользнет, я бросила сумку, которая только мешала, и ускорилась, насколько это было возможно в моем положении.

Последний рывок и я вывалилась наружу, прямо в объятия мужчины в сером мундире с эмблемой в виде переплетенных колец.

— Вы Зина? — он сверкнул серебряным жетоном, на котором красовалось «МПНЗСС: Министерство по надзору за созданием семьи». — Ох и долго же пришлось вас искать! Вас же ищет весь Андрос и… — он заглянул в блокнот, — семеро… нет, десять мужей: люди и демоны.

За его спиной десяток таких же серых мундиров пленили нагов светящимися сетями. Офион, застрявший хвостом в путах, орал: «Она моя! Ребенок мой!»

— Согласно пункту номер четыреста пятьдесят семь «Б», — комиссар развернул длинный свиток, — беременность, наступившая в результате незаконного призыва, не является…

— Да заткнитесь вы со своими пунктами! — перебила я, хватая его за лацкан. От меня пахло пещерной плесенью и сыростью. — Где мои мужья? Шоколад? Душ? Туалет без аудитории в шестьдесят семь голодных мужиков,⁈

Комиссар попятился, наступив на хвост оцепеневшему нагу:

— Э-э-э… Душ будет, когда вас вернут домой. А насчет мужей… — он нервно сглотнул, — вам предстоит суд по определению права на жену.

Я посмотрела на небо. Настоящее! С облаками! И солнцем! На комиссара, на Офиона, вырывающегося из сетей с криком «Вернись! У нас осталось шестьдесят шесть братьев!», и рассмеялась. Суд? Отлично. Там точно будет туалет без свидетелей

Мы летели на ветролете, на котором меня впервые вернули Эмилю и братьям, только в этот раз меня посадили в верхней части корабля, в просторной каюте рядом с капитанской рубкой.

Дождь хлестал по крыше ветролета министерства, выбивая ритм похоронного марша. Я ерзала на кожаном сиденье, пытаясь прикрыть рваный балахон руками. Комиссар с лицом бульдога пялился в окно, будто дорога в ад требовала его пристального внимания.

— Вы… э-э… точно не хотите переодеться? — ковырял в зубах второй комиссар, юнец с прыщами. — У нас есть одеяло…

— Спасибо, — огрызнулась я. — После ползания по тоннелям и танца с шестьюдесятью семью змеехвостами мне как-то привычнее в рванине.

Не знаю почему, но эти комиссары не вызывали доверия. Да и в целом предстоящий суд не внушал оптимизма. Это я сначала на радостях согласилась пойти куда угодно, лишь бы подальше свалить от змеиного логова.

А посидев и успокоившись, поняла, что веселье еще не закончилось. К тому же мне отказали в просьбе встретиться с мужьями. Видите ли, еще нужно выяснить, кто имеет право на меня.

В смысле⁈ Какое такое право⁈ Я что, собственность? Вообще-то я тут женщина и мне решать, кто на что имеет право!

Я-то думала, в этом мире чистый матриархат, но, как оказалось, не всё так просто. С «бесхозными» женщинами или с женщинами с сомнительным происхождением закон суров. Предстоят судебные разбирательства, чтобы определить мою дальнейшую судьбу.