Книга Лучше не знать, страница 153 – Виктория Шмелева

— Ну, братан, за встречу и с наступающим!

— С наступающим! – ответил Федор. – И за будущего наследника рода Копейкиных!

Потом Копейкин вывалил Федору на тарелку добрую половину пельменей, щедро сдобрив их сметаной, и сам принялся за еду. Некоторое время приятели молча жевали. Витька чавкал и шумно вздыхал, как усталая лошадь, поглядывал на притихший телефон и размышлял о чем-то. Разрумянившийся, с блестящим носом, в расстегнутой рубахе он выглядел вроде бы привычно и по-домашнему, но уже не был похож на того рубаху-парня, которого Федор знал в институте и от которого млели почти все знакомые девушки.

Что-то новое появилось в друге, и дело не в том, что он обзавелся семьей, хотя Федор не ожидал, что любвеобильный Копейкин поспешит с женитьбой. Он стал жестче, во взгляде появилось что-то оценивающее, а повадками Виктор чем-то напоминал медведя: вид вроде бы добродушный и даже иногда забавный, но сила чувствуется немалая, и нет сомнений, что милый мишутка сможет себя защитить, а то и напасть первым, если потребуется. Витька хоть и старался балагурить, как бывало раньше, и травил байки, но про Полину Ильиничну рассказал очень коротко, а в былые времена добавил бы подробностей и уж точно представил бы себя героем-завоевателем. Как сказала бы покойная бабушка, Копейкин тот, да не тот, и Федору было одновременно и грустно, и любопытно узнавать Виктора заново.

Федор, как обычно, делал вид, что ест, но под суровым «шефским» взглядом Копейкина пришлось все-таки проглотить несколько пельменей, запив их колой, которая стояла тут же в пластиковой бутыли.

— Вот так-то, брат, – Копейкин блаженно потянулся, поглаживая округлившееся брюшко. – Начальник у меня – полковник, а жена, значит, генерал. Кругом одни командиры.

— И как тебе служба? – усмехнулся Федор.

— По-разному, но я не жалуюсь. – Виктор, прижмурившись, допил пиво и вздохнул. – Ты знаешь, Федян, людям ведь не всегда удается осуществить то, о чем они мечтают. А мне вот удалось. Выходит, я счастливый человек!

— Неужели ни одной мечты не осталось?

— Почему не осталось? Есть, конечно. Но главные я реализовал. Ну, или скоро реализую, – сосредоточенный Копейкин вернул стакан на стол. – Ты давай, не филонь! Чтобы все доел.

Они немного попререкались насчет пельменей и плохого аппетита Федора, поставили чайник и под колбасу, сыр и печенье, которые поглощал в основном только Виктор, долго вспоминали учебу, практику и однокурсников. Копейкин иногда замолкал, «зависал», устремляя невидящий взгляд в темное окно, словно на несколько секунд забывал о друге. Потом снова принимался болтать, хотя Федору в какой-то момент показалось, что Витька делает это больше на автомате, чем из желания общаться. Рассказал, что отдыхает, когда рубится в танчики под громкую музыку, но товарищ генерал сердится: звуки ее раздражают, особенно в нынешнем положении.

В итоге приятели засиделись и опомнились, только когда часы пробили одиннадцать тридцать. Копейкин громко рыгнул и с кряхтением поднялся.

— Спасибо за гостеприимство, братан! Поеду я, а то до райцентра путь неблизкий.

— В смысле, «поеду»? – оторопел Федор. – Подожди, ты ж ночевать собирался? Куда ты на ночь глядя?

— Да ладно, время детское, – махнул рукой Виктор. – А Поля там волнуется. Ну и я… переживаю. Короче, надо двигать, Федян. Я все равно не засну. Извини, что я так, наскоком! Но мы с тобой еще свидимся, обязательно. Я теперь к вам частенько приезжать буду.