Книга Метафора, страница 7 – Константин Образцов

— Нашли что-то на месте?

— Света собрала все девять гильз от патронов девять-девятнадцать «парабеллум». Вова утверждает, что нападавшие использовали классические «Беретты-92», и этому можно верить: ему сорок лет, и он по жизни поплавал, — но без баллистической экспертизы, возможностей для которой у нас нет, проверить это невозможно. Такие патроны используются во множестве пистолетов, от «Глока» до «Ярыгина».

Собрав гильзы, Света добросовестно сняла отпечатки с них, а еще с ручки входной двери. Ингрид вместе с участковым и двумя экипажами патрульных — весь дежурный состав полиции Метасити — до глубокой ночи пыталась отыскать хоть каких-то свидетелей, но в итоге получила только размытое описание некоего красного автомобиля, умчавшегося в направлении Старого тракта. В силу чрезвычайности происшествия я разбудил Леонидыча, начальника нашего ГУВД, который, не выбираясь из продавленной его двухсоткилограммовой тушей кровати, поставил в известность о случившемся Службу безопасности Метафоры. Там ответили, что подождут подробного рапорта до утра, но никому из нас, изрядно потрясенных внезапной кровавой бойней, не могло и привидеться того кошмара, что произошел утром.

Около девяти часов соседка главы Старгородского сельского поселения, отправившись выгулять своего веселого шпица, заметила, что кованая калитка, ведущая к Каёкиным на участок, открыта. Она решила, что их девочки, белокурые близняшки двенадцати лет, так торопились в школу, что не закрыли калитку. Соседка заглянула во двор и увидела, что входная дверь подперта снаружи тяжелым металлическим креслом, одним из тех, что стояли у столика на террасе. Это было странно, и соседка поступила так, как поступает обычно человек, не привыкший в странности видеть опасность: отправилась рассмотреть эту странность поближе. В доме была тишина. Она обошла дом по узкой тропинке между кирпичной стеной и кустами черноплодной рябины, прошла на задний двор с мангальной площадкой и качелями, посмотрела на заднюю дверь — та оказалась безжалостно выбита, замок вылетел прочь, косяки ощетинились щепками. Тут уже стало ясно, что случилось неладное, и соседка позвонила в полицию. Прибывший патрульный был молодой, впечатлительный, так что примчавшейся еще через десять минут Ингрид пришлось приводить его в чувство, и, даже когда приехал я, он все еще был зелено-бледным, как хорошо полежавший покойник. Впрочем, винить его не приходится: почти за двадцать пять лет службы я повидал всякое, но внутри дома даже мне стало не по себе.

Судя по всему, злодей сначала запер при помощи кресла переднюю дверь, чтобы отрезать жертвам возможный путь к спасению, потом высадил прикладом ружья заднюю и вошел в кухню. Первым погиб карликовый пудель, которого выстрелом разбросало в клочья по плиткам пола и мебели. На шум выбежала Серафима, жена Каёкина, женщина статная и высокая. Первый заряд картечи угодил ей в живот, отбросив из кухни в холл; она рефлекторно перевернулась, попыталась ползти, а убийца перезарядил ружье — две латунные гильзы упали на пол, — подошел и добил ее выстрелом в затылок. Тело одной девочки лежало на лестнице: судя по его расположению, она бежала наверх, когда картечь угодила ей в спину, и оставалась жива еще примерно минуту. Ее сестру злодей вытащил из шкафа в их общей спальне, швырнул на кровать и выстрелил в лицо. Все изголовье со спинкой и подушками были полностью красными от крови.