Книга Метафора, страница 236 – Константин Образцов

Паровая машина буксира звучала как заезженная пластинка. На этот раз к делегации снова присоединилась Валентина, и они с Алиной обрадовались встрече, будто подруги.

— У мужа был день рождения, — объяснила она. — Пришлось пропустить недельку, ну и ладно, пусть Паша без меня поскучает, да и мне полезно от него отдохнуть, чтобы не приедался. Так, сегодня у нас, как я вижу, большой заезд! Все звезды в сборе!

Буксир в самом деле был полон знакомых лиц: юные нимфы Соня, Алевтина и Вика по очереди позировали на фоне стылого серого моря с бокалами искрящегося просекко, Викентий курил, сидя на своем излюбленном месте, а Григорий и Константин составляли компанию трем излучающим оптимизм и уверенность молодым людям в прекрасно пошитых костюмах, по виду — добившимся всего самостоятельно сыновьям знатных отцов, работающим вице-президентами в их же компаниях, пузатому бородачу с глазами, смотрящими в разные стороны, и манерному декаденту с зачесанными назад длинными черными волосами, который, впрочем, не принимал участия в общей беседе и дымил сигарой, скучающе посматривая вокруг. До кормы долетали обрывки разговоров.

— …скоро будет такая программа: просто вводишь команду на клавиатуре, и у них полностью списываются деньги со счетов, или блокируется выход из дома, или можно просто отключить жизнедеятельность…

— …скотобаза из хрущевок…

— …потравить, как клопов…

— …все зло от баб, мухи так не блудят, как паразитки бабы!..

— Вообще, по правилам группа не может быть больше двенадцати человек, — сообщила Валентина, — а у нас, как я вижу, тринадцать! Интересно, для кого сделали исключение?

И посмотрела на Алину, загадочно улыбаясь.

Похоже, в этот раз действительно намечалось что-то грандиозное: на пароме прибыл брутального вида старый грузовичок «Шевроле», оттуда же слуги свели двух огромных черных догов в серебристых, украшенных шипами попонах. У всех было приподнятое настроение. В Отеле Майя радостно сообщила, что они учли пожелания и сегодня в ее юнита снова загружена личность Матвея; дурные предчувствия от этого стали сильнее, и Алина попросила оружие:

— Что-то компактное, например, «Вальтер ПП».

Обед прошел в атмосфере праздника, как всегда случается, когда за столом собираются вместе юные девушки и молодые мужчины, предвкушающие веселое времяпрепровождение, а потом все вместе долго колесили по Старому городу, выбирая локации: Григорий с Константином уступили энергичным молодым вице-президентам «Светлячок и реторту», согласившись на Банк, отъевшийся бородач ткнул пальцем в «Малинку», декадент сообщил, что желает поохотиться в Парке, а девочки выбрали глухой закоулок Верфянки, заручившись обещанием Майи, что поздним вечером тут обязательно будут тусоваться местные гопники. Алина, как и раньше, осталась на позиции либеро, взяв на заметку места развлечений других гостей — эта поездка была совершенно точно последней, и Матвею требовался нешуточный шок.

Выбор пал на «Светлячок и реторту», но если бы она знала, что устроят там эффективные менеджеры, то совершенно точно придумала бы что-то другое. Это был ровно тот случай, о котором предупреждала в самом начале Майя, говоря про опасность шальных пуль и нестандартных вооружений. Никакие стикеры не спасли бы от косматого пламени, на глазах Алины испепелившего красавицу Мару и охватившего бар, даже если бы система заблокировала огнемет. Мечущаяся в панике, утерявшая человеческий облик, объятая животным ужасом толпа могла запросто затоптать, но выручил Матвей: навыки возвращались первыми, он высадил стекла в окне, открыв выход, и они выскочили наружу, счастливо разминувшись с давкой и пламенем. Алина чувствовала, что перформанс с огнеметом шокировал ее едва ли не более, чем Матвея. Ей нужна была пауза, несколько свободных часов или минут, и для этого требовалось пересечь Парк, чтобы собраться с мыслями в безопасности Нового города. Звуки дикой охоты и рычание догов застали врасплох, хотя Алина прекрасно помнила про выбор локаций, и, когда впереди из тумана возникла фигура в вычурной маске с двумя собаками Баскервилей по сторонам, она готова была стрелять: гостю ее пистолет не причинил бы вреда, но собак можно было прикончить — и наплевать на неизбежный скандал. Но тут что-то произошло — она больше не узнавала Матвея, но зато ей прекрасно была знакома пластика и стремительность, с которой он двигался — доги летели вперед — Алина выхватила «Вальтер», дослала патрон, — но тут Гронский одним ударом крикетной биты уложил налетевшего на него пса, а через несколько секунд другой завалился набок и захлебнулся кровью из раны в пробитом горле.