Книга Отдел примирившихся врагов, страница 95 – Эвелина Шегай

— Это, конечно, всё очень интересно. Но что там с Алленом? Он реально угрохал всех своих вампирских деток?

— Да. Аланд прославился как изгнанник, который лично убил всех созданных им вампиров. Точной причины никто не знает. Но поговаривают, что это произошло из-за того, что его детки выпили ведьму, на которую он глаз положил. Якобы он съехал с катушек, в результате чего истребил весь клан: убивал всех без разбору, не вникая, приложил тот или иной вампир клыки к смерти его ведьмы или нет. За этот проступок Аланда потом на тысячу лет погрузили в мёрзлый сон. Чтобы заточить в нём настолько могущественного вампира, тридцати трём ведьмам пришлось пожертвовать своими жизнями. И вот чуть больше сотни лет назад он вроде как пробудился и был изгнан с территории Флемоа на веки вечные.

— Ну ни фига себе… Но я всё равно не поняла: так это круто, что он за вас заступился, или нет?

— Убить нас по одному желанию старших в клане Лафайет уже не получится, так как это будет равносильно тому, что кинуть вызов Аланду. А бросать вызов довремённому, способному одним касанием распылить любого вампира, кроме другого довремённого, – не самая блестящая идея.

— О! Тогда вы вообще в шоколаде!

— Не совсем. Оказавшись под его защитой, мы стали такими же изгнанниками. Теперь на нас не распространяются почти никакие вампирские законы. – Марсель вздохнул и, видимо, перебил Валери, собирающуюся что-то ещё спросить. – Всё, я устал. Больше ничего не скажу… Нет… Не-а… Даже не думай.

— Бесишь, – угрюмо констатировала она.

— Ну-ну, – скептически усмехнулся он.

— Не, ну вот теперь реально бесишь!

Белладонна решила, что ей пора приходить в себя. Она, не поднимая век, поводила в разные стороны глазами и слабым, болезненным голосом произнесла:

— Рикард?..

— Пришла в себя?

— Да… Всё в порядке, можешь опустить меня на ноги…

— Мы уже дошли, – он кивнул на дверь, и Марсель открыл ту перед ними. Но войти они не смогли из-за целителя, который, похоже, банально не успел открыть её первым. Тонкие брови высоко взметнулись над огромными очками с толстыми линзами, а уже в следующую секунду сползли к переносице.

— О, вы, как всегда, не вовремя! – недовольно воскликнул господин Аржебат.

— В смысле, не вовремя? Она ранена! – возмутилась Валери. – Лечи давай!

— Опять твоих рук дело?

— А вот и нет!

— Что-то мне как-то слабо в это верится, – проворчал он и махнул рукой в сторону кушетки. – Расположите там больную и уходите. Вернусь, подлатаю.

Так просто ему уйти не дали – пришлось бедному мужчине раскрывать свои планы на путешествие до ближайшего туалета по срочной нужде из-за примитивного пищевого отравления. И, убедившись, что эти планы не терпят отлагательств, Валери позволила ему умчаться по коридору. Потом вдруг решила, что надо проконтролировать, дабы он никуда не свернул по пути от туалета до медчасти, и рванула за целителем. А уже за ней, бурча под нос проклятья на флемоанском, последовал Марсель.

Опустив Белладонну на кушетку, Рикард не торопился никуда уходить. Присел на стул, стоящий с противоположной стороны, и, всё ещё избегая встречаться с ней взглядами, спросил:

— Ты же его спровоцировала?

— Что ты имеешь в виду?

— Хоть я и не знаю флемоанский, но я достаточно хорошо изучил тебя. Ты явно не приятности там ворковала. Сама добилась того, чтобы он кинулся на тебя.