Книга Неженка в строю, страница 24 – Валерия Чернованова

— Да, новенький. Я в курсе, — расщедрилась на улыбку женщина. — Леди Аделин Торвей. Я преподаю здесь историю.

Я улыбнулась в ответ и следом за преподавательницей вошла в аудиторию, чувствуя на себе всё те же пристальные, липкие взгляды.

Синхронизироваться, что ли, со мной пытаются...

В движениях леди Аделин не было военной резкости, как у предыдущего преподавателя, но чувствовалась сдержанная уверенность. Спокойствие.

Она направилась к своему столу, а мне велела занять пустующее место рядом. Почему-то ближайшие к доске лавки пустовали, кадеты предпочли сгрудиться в глубине зала.

Сев за стол, я позволила себе выдохнуть и почти расслабилась, а вскоре и вовсе забыла, где я — так интересно рассказывала преподавательница.

Историю государства, которую я знала досконально.

— Сегодня мы поговорим об эпохе поздних Морвианов, — тем временем произнесла леди Торвей, проходясь вдоль рядов. — О времени, когда династия, правившая Равелором почти три века, подошла к своему закату.

Мой учитель истории не уставал повторять, что Морвианская эпоха была эпохой расцвета Равелора. Столетия мира, изобилия, благоденствия... Мы, Вальдены, — дальняя родня Морвианов, и я уверена, если бы на престол взошёл Тарен, Раем назывался бы не только дворец императора, где что ни день, то игры и праздники, но и вся империя.

— Последним наследником рода был принц Эльдран, — продолжала преподавательница. — Мальчик слабого здоровья, болезненный, но, по свидетельствам современников, необычайно одарённый и умный. — Она сделала паузу, а потом продолжила: — Его смерть стала переломным моментом. Наследник скончался, не дожив до совершеннолетия, и с его уходом династия прервалась. Власть перешла к другому роду, и началась новая эпоха.

Я слушала, почти не дыша. Чувство было такое, словно я снова в Аркеноре: сижу на кушетке, обложившись книгами, и слушаю своего любимого учителя. Тёплый ветер приносит в комнату ароматы весны и цветущих деревьев. Передо мной на столике чашка с чаем, фрукты и сладости. Но на угощения я не обращаю внимания — так нравится мне слушать наставника. А вот Риэль то и дело отвлекается, мешает. Хочется стукнуть её по голове, чтобы перестала крутиться и дала мне спокойно учиться.

— История, как известно, любит повторяться, — мягко добавила леди Торвей, возвращая меня в клетку реальности. — Совсем недавно мы стали свидетелями похожих событий.

Я застыла, как будто вся льдом покрылась.

— Гибель принцессы Илирии, дочери императора Кальдриана, — продолжила она уже тише, — также ознаменовала конец правящей линии и смену…

— И всё же разница в событиях очевидная! — не выдержала я.

Слова сорвались сами.

Слишком резко.

Слишком… громко.

В зале воцарилась тишина. Та самая — глухая, тяжёлая, в которой слышно, как бьётся сердце.

Преподавательница замерла. Медленно повернулась ко мне.

— Простите? — её голос остался спокойным, но в глазах мелькнула какая-то эмоция. Осторожность?

И мне бы заткнуться, извиниться и уткнуться взглядом в пол, но молчать, когда она называет гибель Илирии просто печальным событием...

— Его высочество умер от болезни, — сказала я, чувствуя, как внутри снова поднимается злость. — А принцессу Илирию жестоко убили.

После моих слов молчание вернулось. Настолько тяжёлое и оглушительное, что, казалось, меня швырнуло глубоко в воду, из которой теперь не выплыть.