Книга Недоразумение на боевом факультете. Скрытый дар, страница 40 – Лана Ларсон

А ещё чуть позже подошли двое других соседей — Ливаль и Жорж. Точнее, присоединился Жорж, а Ливаль лишь посмотрел на нашу компанию и молча ушёл в свою комнату.

Как оказалось, он не любитель компаний и вообще каких-либо сборищ, так что, вытянуть его из комнаты практически невозможно. А, хотя, нет, возможно. Макс рассказал, что он жуть как не любит бардак и гостей в комнатах соседей, зато у самого отбоя от девушек нет. Странно? Вот и мне так показалось. А вообще, этот парень если слышит шум за стеной, то с удовольствием вылезает из укрытия и начинает тарабанить в дверь.

— К тому же он тот ещё педант, — усмехнулся Макс. — И как ты с ним уживаешься, Жоржик? Я бы уже с ума сошел от такого соседа.

— Приходится, — вздохнул чуть полноватый парень с копной густых русых волос. — Тяжеловато, конечно, убираться до идеального порядка каждый день, но что поделать. Других соседей у меня нет. Вы же никак не согласитесь на переезд.

— Нет уж, спасибо, — запротестовал Макс, — мне и одного пижона хватает за глаза. С этим педантом я вообще не уживусь.

— Вот и я о том же, — вздохнул парень и немного сник. Я же улыбнулась, глядя на их переговоры и дружеские шуточки.

Ну, что ж, похоже, что не всё так плохо, как мне думалось сначала, и учёба тут точно не будет скучной. И ведь на тот момент я даже не подозревала, на сколько была права.

Однако рано я радовалась, следующая неделя показалась мне настоящей пыткой. Во-первых, я практически срослась с выданной картой академии, так как приходилось буквально утыкаться в неё носом и идти, как по навигатору. Тут только не хватало излюбленных земных фраз: «Поверните налево, а затем поверните направо. Вы сбились с маршрута». Вот тогда поиск нужной аудитории на ощетинившемся ёжике, как прозвал академию Заву, был бы проще.

— Почему ёжик? — спросила озадаченно.

— А ты только вглядись в карту, феечка, — улыбнулся он.

Я ещё раз взглянула на карту, разложив её полностью и заняв весь стол, и поняла, о чём речь. Просто тот чертёж, что предстал перед глазами, напоминал перепуганного ёжика с шестнадцатью разноцветными иголками, торчащими в разные стороны. Почему разноцветными? Просто каждая «игла» была окрашена в цвет своего факультета. И боевики на карте были отмечены благородным винным цветом, а не цветом Барби.

— И это ты ещё академию с высоты драконьего полёта не видела!

Боже упаси, только летать над ней мне и не хватало. Я лучше так, на карту полюбуюсь.

Во-вторых, как там говорили ребята с огненного факультета? Будешь засыпать стоя и на ходу? Ага, я ещё не верила, наивная. После постоянных тренировок и беготни на полигоне, тренировок на мечах и магии, созданию боевых пульсаров, усмирению магии, простым лекциям, факультативам, тренировкам с Лертом, я засыпала не просто стоя, а во время самой тренировки. Было, правда, всего один раз, но ведь было. Я уснула прямо в аудитории, когда мы отрабатывали точность бросков боевых пульсаров с магистром Беленусом Карр. Противный дядечка такой, суховатый, староватый, с длинными белыми волосами, стянутыми в хвост, но с военной выправкой. Несмотря на всю свою строгость, хмурость и суровость он был хорошим учителем. Иногда им бывал. Когда не отчитывал по поводу и без, за малейшие неточности.

Так вот, на его занятии я уснула. Ну, как уснула, прикорнула немного. Совсем немного. Правда, держа в это время в руках и на весу уже начавший зарождаться боевой пульсар, или как его тут ещё называли — фаерболл. Ну, и… вылетел он у меня не туда, куда надо, устроив очередной взрыв с пожаром ещё не стабильного огня, действительно чёрного, прошу заметить, разрушив половину стены и выдав мне очередную отработку. А заодно запрет на несколько недель появляться на его занятиях, пока не усмирю магию. Ага, если бы это было так просто. Особенно учитывая, что после занятий у меня были всевозможные практики, допы и отработки. И после всего вышеперечисленного я спускалась в разные помещения, чтобы отдраить одно из них. И причём ручками, а не магией.