Книга Младшая внучка, страница 77 – Дина Зарубина

Дженни сказала, что дело очень серьезное, и скорее всего, граф не отделается запечатыванием дара. Его, после тщательного расследования и подсчета причиненного ущерба, ждет эшафот. Счастье, что король Роланд не любитель жестоких зрелищ и публичные казни отменил еще пятнадцать лет назад.

Донна Эльгива тут наводит тень на плетень, стремясь сохранить репутацию семьи. Ну-ну.

— Где же моя сестра Руперта? – я демонстративно огляделась. – Вы ее не привезли, тетя? Я так соскучилась!

Графиня Диакумбо передернулась от моей фамильярности.

— Ру не любит общество и плохо себя чувствует на людях, – натужно улыбнулась донна Эльгива.

— Да, – я понятливо покивала. – Она так странно двигалась, как марионетка, будто у нее все болит, неужели граф ее бьет? Она так подурнела за эти два года! А была первой красавицей Цехейма!

Собравшиеся вокруг донны возмущенно закудахтали, требуя подробностей и объяснений.

— Простите, – донн Эльгива сделала попытку выбраться из тесного кружка окруживших ее дам. – Мы слишком увлеклись мелочами, а ведь мы собрались, чтоб познакомиться с невестой Леонарда… Где он, кстати?

Ха! Не на ту напала! Я набрала воздуха и продолжила визгливым высоким голосом, слышным во всей гостиной:

— Дорогая тетя Эльгива, а кто же тот жених, которого вы мне прочили? Вы сказали, все готово к свадьбе, я сгораю от нетерпения! Он тоже здесь? Надеюсь, он красив и богат? Вы же хотите мне самого лучшего?

Одна из дам вдруг ахнула и выронила веер.

— Эгле, ты же сказала, что нашла своему старому больному кузену какое-то нищее ничтожество, которое будет его обслуживать? Бытовичку-слабосилку?

— Ты, наверное, ошиблась, Сусанна, – процедила графиня, багровея сквозь штукатурку.

— Конечно, ошиблась! Донья Фада моя невеста! – громко сказал Филипп Нуаре, вступая в круг дам. – Лео, приглашай же свою невесту к столу, все проголодались!

Немудрено, от таких новостей! И Фил удивительно вовремя возник. Спас неловкую ситуацию и заодно заявил свои права на меня. Герой-любовник. Еще бы немножко, и перед тетей бы закрылись все двери, а он влезает, куда не просят! Донна Евлалия точно была рада окончанию противостояния и благодарно посмотрела на друга сына.

Жаль, конечно, я бы про престарелого кузена еще послушала. Но ничего, мы эту язву еще поковыряем. Я погладила чернильное пятно на левой кисти.

— Ты же сказал, никогда не женишься! К чему такие заявления делать? – прошипела негромко Филу. Наверно, должна чувствовать себя на седьмом небе от счастья. Да что-то это больше напоминает только что захлопнувшуюся ловушку.

— Не начинай сейчас, а? – закатил глаза женишок.

Дедуля Цунхве выглядел, как кот, стащивший связку сарделек, предлагая руку донне Эльгиве. Щека у нее заметно дергалась.

[1] Гродету́р – плотная, блестящая шелковая ткань репсового переплетения, на одну нить основы приходится две нити утка́, придающие прочность. Почти не мнется, хорошо драпируется, но выгорает на солнце.

За ужином мы с Ирмой тщательно соблюдали все правила застольного этикета. Общество, убедившись, что мы не едим все подряд одной суповой ложкой, чавкая и облизываясь, моментально потеряло к нам интерес.

Вот донна Эльгива, сидящая как на иголках, была более занятным объектом. Каждая из присутствующих дам сочла нужным запустить пару иголок. Пару десятков иголок. Например, предложить прислать для невестки хорошего целителя, а для сына адвоката. У них знакомства есть в правоохранительной среде. Успокоительное и сердечное зелье. Все, как одна, жаждали увидеть Руперту. Графиня же, не старьевщица!