Книга Последняя из рода Белых драконов. Том 2, страница 63 – Кристина Р

Лиэль словно в забытьи вошла к нему, моля Виверна, чтобы никого не осталось в постели. Великий предок оценил её смелость — комнаты были пусты. Толком не знаю, что ищет, она подошла к полкам у его стола. Свитки казались неновыми, но других не было. Лиэль перебрала все: так и есть — какие-то законы, перечни людей и драконов, и ничего об Эсванторне или Лиоре.

Девушка постоянно оглядывалась, бросая беспокойные взгляды в небо, в страхе, что её муж вернётся. Она старалась запомнить точное положение документов, которые брала, и аккуратно вернуть всё на места. Ей было всё равно на размеры клетки — королевские покои или скромная комната в самом дальнем углу замка, а вот окно… Она больше не хотела смотреть в маленькую прорезь, ей нравились большие окна её гостиной. Так было легче дышать.

Тонкие пальцы опустились на холодный гладкий камень стола, она поморщилась — риск не оправдался. Взгляд скользил по аккуратно расставленным письменным принадлежностям. Стопка бумаги, где каждый лист лежал уголок к уголку. Лиэль не сразу обратила внимание, ей казалось, это просто салфетка. Но она выбивалась из общей картины, небрежно лёжа прямо по центру.

Взгляд в небо. Чисто. Она подняла её. На обратной стороне ровный, чрезмерно округлый почерк с пафосными завитушками. Она фыркнула — идеально вышколенный воин любит выделяться, значит. Такая каллиграфия — признак воспитания, подчёркивающий статус. Её отец терпеть не мог подобного, говоря, что это свидетельство дурного вкуса — воин должен доказывать себя мечом, а не перьями по листу.

«Она там, где птицы гнездятся, но не поют

Там, где света нет, пока птицы спят

А они мертвы, пока во тьме

Но стоит пролиться крови, как горит сам камень

И мёртвые птицы, которые не поют»

Лиэль нахмурилась. Стих никак не вязался с образом Гвирена. Да, он предатель, да, они ударили в спину, но у Герона его сестра. Она и сама не понимала, отчего ей так не понравились эти строки. Но подобную дрянь может написать только очень тёмная душа. А он не такой. Лиэль очень хотела видеть в нём только зло, но, к собственному несчастью, была слишком умна. Она перевернула странную салфетку и опустила на место. Как только ладони освободились, её передёрнуло. Так мерзко это было.

Закат неминуемо приближался. Лиэль ничего не нашла.

Девушка выглянула в коридор — никого. Короткий быстрый бег, сбивающий дыхание. Негромкий, едва различимый шорох закрывающейся двери. Она опустилась на диван за несколько минут до того, как постучала служанка. Лиэль совершенно не хотелось есть. Тело не до конца восстановилось после истязания голодом и бессонницей, но как же сложно заставить себя проглотить хоть кусочек, когда горло перекрыло разочарование, а сердце в груди стучит так, что вместо барабанов на марш можно.

Мысли метались, подобно загнанным в пламя зверям. Лиэль никак не может дать знать Лиоре, что она жива. И ничего не может узнать об Этель. Её сердце на мгновение замерло, останавливая сумасшедший бег: а что, если Этель уже мертва? Или в подземельях? Прикована без еды и воды?

Ей нужно бежать. Это очевидно.

Лиэль знала, что в конце коридоров стоят драконы. Никогда ещё королевское крыло так не охранялось. Все списывали предосторожность короля на паранойю из-за похищения дочери, но это было не так. Крайен всеми силами скрывал то, что Лиэль жива. Ни один шпион не проскользнёт мимо вышколенных сынов генералов. Сюда отбирали только лучших. Сильнейших. Но и Лиэль не выйти.