Книга Побег за истинной, страница 78 – Майя Марук

— Ирды раньше были двуликими, — рассказал Ксар. — Об этом мало кто помнит. Но записи еще сохранились в планетарных архивах.

— На Миндоре некоторые помнят.

Ксар кивнул. Мои слова его не удивили.

— Здесь хранится много данных о древних цивилизациях. Возможно, даже больше, чем на Ирдане. Сейчас не об этом.

Ксар протянул руку и погладил меня по голове, словно пытался успокоить.

— Мы не были похожи на оборотней и перевертышей, как обычные двуликие. Физически ирды менялись очень редко. И только самые сильные из нас. У остальных второй лик проявлялся как изменение поведения. Иногда менялись глаза и уши.

— Как это относится к нашему браку?

— Выслушай. Пожалуйста.

Я не была уверена в том, что готова слушать древние сказки, и тем более, что могла оправдать этими сказками его поступки. Но все равно кивнула.

— Хорошо. Я слушаю.

— И эта второе «я» ирдов было причиной огромного количества проблем: насилие, войны внутри планеты, неконтролируемая агрессия. В какой-то момент проблема насилия на планете достигла такого масштаба, что правительство приказало искать способ блокировать превращения. Через несколько лет пришли к выводу, что избавить взрослого ирда от сформировавшегося зверя, невозможно. Но ученые нашли альтернативный способ и начали подавлять развитие второй формы сначала в утробе, а потом начали вводить женщинам блокирующую сыворотку.

После первых испытаний, где процедура «блокировки» зверя у эмбриона прошла успешно, программа получила распространение по всей планете. Побочные эффекты появились через несколько поколений. Оказалось, именно этот самый «зверь» был не только источником повышенной эмоциональности. Именно он связывал пары. Но правительство посчитало, что стабильность планете нужнее, чем парность.

— Проблему с парами вы решили, — ответила я. — Я не понимаю, к чему ты клонишь.

— Мое второе «я» не подавлено. Видимо, препарат не подействовал на мать, и я родился с отклонением.

Я внимательно посмотрела на министра. Он не был похож на кого-то с отклонениями. Впрочем, говорят, что на Земле, раньше, люди с психическими расстройствами довольно успешно могли социализироваться. Вот только насколько это можно было считать расстройством, если на самом деле это изначальная природа существа?

— А ко мне это какое отношение имеет?

— Как только ты появилась, он почувствовал в тебе пару. И начал пытаться забрать контроль. Я не хотел, чтобы ты видела темную сущность ирдов. И боялся, что он может причинить тебе боль. Или еще хуже — убить.

— А он мог?

— Я не знаю. Информации об этом не сохранилось. Если правительство решило изменить сущность целой расы, и ирды на это пошли, значит, предпосылки к этому были.

Я кивнула. Может, и были. А может, и не были.

— И кто знает о твоей особенности?

— Немногие. Но тебе не нужно беспокоиться. Я сделаю все, чтобы от этого избавиться.

— И вместо того, чтобы об этом рассказать сразу, ты полгода меня отвергал?

— Я пытался тебя защитить.

— Мы лежим в одной постели, и ты пока в монстра не превратился!

— Это не все.

— Что еще?

— Политика.

— А она здесь при чем?!

— От меня кое-что требовали. Если бы я демонстрировал наши отношения, меня бы шантажировали тобой. Я не хотел, чтобы ты пострадала.

— Но дома тебе кто мешал со мной поговорить?!