Книга Побег за истинной, страница 4 – Майя Марук

Примерно через час я уже была одета, причесана и опустошена. Улицы города залил свет, а я чувствовала себя бесполезным животным, которому предстоит еще один однообразный день. Отчаяние снова подступило к горлу. Я сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, как учили на курсах антистрессовой подготовки, и попыталась найти в ситуации плюсы. Например, я здорова. У меня ничего не болит. Все хорошо. И тут же возник вопрос, как бы отреагировал Ксар, если бы я заболела? Он бы обо мне волновался? Заботился? Или…

На этом «или» я остановилась. Потому что за полгода хорошо выучила алгоритм действий министра и знала, что ответ мне не понравится.

— Конечно, он будет волноваться. Я же его жена, ― соврала сама себе и улыбнулась.

Удивительная вещь психика. Вроде все головой понимаешь, но так легко поверить в то, во что хочется.

Следующий сюрприз меня ждал в столовой. Завтрак был накрыт только для меня. Все идеально: красивая посуда, любимые блюда, запах кофе, который ирды не любили, но для меня в доме держали свежие зерна. Только Ксара не было.

— Где министр? ― спросила у экономки, которая уже ждала меня.

— Хозяин сказал, что возникли срочные дела. Он улетел ночью. Сказал, что вернется через семь суток. Вас будить запретил.

Я ничего не ответила. Только кивнула и незаметно проглотила разочарование.

— Министр велел хорошо о вас заботиться во время его отсутствия.

Я посмотрела в глаза экономке, пытаясь понять, говорит эта женщина правду или просто пытается подсластить мне пилюлю. Она засмущалась.

— Хорошо, ― выдавила из себя кивок и потянулась к чашке.

Может, это и хорошо. Может, нам обоим нужно побыть наедине с собой. Может… Я хотела сказать, может, это что-то решит. Но поняла, что ничего не решит. Что может решить командировка? Разве что дать мне время пересмотреть собственное отношение к ситуации?

Поковыряв завтрак в тарелке и опустошив три кофейные чашки, я вернулась к себе. Хотелось переодеться в пижаму, залезть под одеяло, и скрыться от этого чертового мира. Как раз в тот момент, когда я уже хотела поддаться этому желанию, на руке завибрировал передатчик. Я посмотрела на имя абонента и напряглась. Это был Кали. Сотрудник распределительного Центра.

— Привет, ― ответила я, когда на экране появилось знакомое лицо.

Кали был землянином. Но работал в распределительном центре кем-то вроде психотерапевта. Помогал девушкам справиться с адаптацией.

— Привет, ― поздоровался мужчина. ― У нас плановая проверка. Я должен задать тебе несколько стандартных вопросов.

— Да, я готова, ― ответила, садясь в кресло.

Звонок Кали насторожил. Проверки психологического состояния землянок в течение первого года замужества были стандартной процедурой. Но я подобную проходила всего пару дней назад.

— Отлично. Я должен включить анонимный режим. Это стандартный протокол. Пусть тебя это не пугает.

Я кивнула. Анонимный протокол означал, что наш разговор никто не должен был слышать. Даже если бы кто-нибудь стоял рядом со мной, специальный экран не дал бы ему разобрать мои слова. Этот протокол использовался только в разговоре с психотерапевтом. Коммуникатор моргнул, давая понять, что режим «тишины» активирован.

— Дара, ― с лица мужчины исчезла улыбка. ― С тобой хочет поговорить Мирт.