Книга 12 вкусов «Оливье». Литературный сборник, страница 32 – Элеонора Гранде, Татьяна Герасимова, Александр Пронин, и др.

— Ксюха! Одинцова! Я не ошибся?

— Антон? — я с удивлением подняла брови.

Передо мной стоял бывший одноклассник.

— Сколько лет не виделись!

— Да уж больше тридцати, — я была ошарашена.

Тоник, как прозвали Антона Шевчука, стоял передо мной собственной персоной. Сразу после школы он поступил в военное училище. Женился, как говорили девчонки. Скитался по гарнизонам. И даже на ежегодную встречу одноклассников ни разу не приезжал.

— Может, в кафешку? — Антон пристально посмотрел на меня своими синими, как омуты, глазами.

Сколько девушек сразил этот взгляд, одному Всевышнему известно. Колени у меня предательски задрожали. Любимчик всего класса, пусть и бывший, соизволил обратить внимание на серую мышь, коей я слыла в школе.

— Давай, — пожала я плечами. — Здесь за углом шикарная кафе-пекарня. Мне очень нравится.

— Тогда не нужно терять время зря. Тем более на улице не пойми что творится, — подхватил меня под руку бывший одноклассник-сердцеед, мило улыбнувшись.

Мне действительно нравилось это кафе. Такое уютное, необычайно атмосферное, в классическом стиле. Дерево тёплых тонов, мягкие диванчики и кресла. К тому же хозяйка каждый праздник оформляла залы как-то особенно. Вот и сейчас в центре красовалась нарядная ёлка, на ветках висели игрушки ручной работы. Гирлянда переливалась мягким, ненавязчивым светом.

— Приятное заведение, — похвалил Антон, помогая снять мне пуховик.

Мы заказали кофе и круассаны.

— Ты давно в городе? — я едва нашлась что спросить, слишком уж неожиданной была наша встреча.

— Не совсем в городе. Уволился из армии года три назад. Решил вернуться на Родину. Купил дом в пригороде. Мать перевёз.

— Это хорошо, — протянула я, медленно разрушая ложкой рисунок на пенке капучино.

— Ты как, Ксюша? Где? — он чуть склонился вперёд и жёг меня пристальным взглядом.

— После школы поступила в универ. И вот уже четверть века на заводе. Сначала в бухгалтерии, сейчас в контрольно-ревизионном отделе. Дочка-красавица, — я улыбнулась, вспоминая Ленку. — На филологический поступила. Вот укатила с однокурсниками Новый год встречать на даче.

— Значит, верная и преданная. Надо же, двадцать пять лет на одном месте, позавидовать можно, — не унимался Шевчук. — А у меня сын. По моим стопам пошёл. В будущем году военное училище заканчивает. Тоже связист. Ты замужем?

— Нет. Расстались пять лет назад.

— Прости. Не знал.

— Да, ничего. Всё как у многих. Обычно. Банально. Кризис среднего возраста.

К нам подошла хорошенькая официантка.

— Прошу прощения, но мы закрываемся через полчаса. Скоро Новый год!

— С наступающим вас! И рассчитайте нас, пожалуйста, — Антон расплылся в очаровательной улыбке. — Слушай, Ксю, а поехали ко мне.

— Да неудобно как-то, — я смущённо заморгала. — Как же твоя мама, жена?

— Потерял я их, — нахмурился вечно жизнерадостный Тоник. — В пандемию. Обеих. В один год.

— Прости.

Я положила руку на его вдруг сжавшийся кулак. А он накрыл её сверху своей большой тёплой ладонью. И я вздрогнула от разлившегося внутри чувства. То ли нежности, то ли женской жалости.

— Ничего. Я обвыкся уже.

Официантка принесла чек. Антон рассчитался и вновь обратился ко мне.

— Поехали, Ксю. Вдвоём веселее. Не всё ведь молодежи зажигать? Посидим, школу вспомним. Купим в этом кафе пару салатов. Много ли надо на двоих. А в соседнем магазине шампанского. У меня дома только виски да коньяк. А даме что нужно? Правильно, игристое вино! Ведь все дело в пузырьках, — он подмигнул и вновь улыбнулся, но на сей раз как-то просяще. В синеве его глаз мелькнула тоска.