Книга Пленница дворцовых тайн, или как объявить шах фаворитам престола, страница 58 – Есения Серафим

— Ничего, ваше высочество. Извольте утереть слёзы и идти к себе, отдохните. Я не оставлю всё так. Двери мы всё равно откроем.

Они разошлись. Оставшись одна в гулком переходе, Рита замерла, упрямо сжав губы. Ситуация завязалась в мёртвый узел. Самой ей в покои Марфы больше не прорваться. Лакеи Александра Долгорукова от приказа не откажутся и точно её поколотят. Наталья была бессильна.

И в этот миг Рита с предельной трезвостью поняла, что у неё остался один-единственный выход. Идти к человеку Долгоруковых. К Ивану.

От этой мысли по коже мгновенно пробежал липкий мороз, а сердце предательски заколотилось где-то у горла. Рита судорожно перехватила дыхание. После их недавней утренней встречи у дверей, его странного взгляда и того странного оледенения, просить его о чём-то казалось безумием. Иван заперся в своей трагедии, он слышал только собственную вину и хладнокровно вычеркнул её из жизни. Идти к нему сейчас означало добровольно лезть в раскалённое пекло его юношеского максимализма. Но вариантов не было. На кону стояла жизнь пятилетнего ребёнка.

Рита быстрым шагом направилась в сторону малых учебных покоев великого князя Петра Алексеевича. Она надеялась поймать Ивана там, возле цесаревича, пока он не ушёл к полкам.

У дверей кабинета Петра дежурные лакеи расступились перед ней без вопросов. Рита бесшумно приоткрыла тяжёлую створку, перешагнула порог и замерла в полумраке залы.

Догадка оказалась верной. Иван был здесь. Парень сидел у стола, подперев голову рукой, и негромко беседовал с Петром. На его бледном лице всё ещё лежала та самая страшная маска взрослой холодности. Но стоило Рите войти, как Иван мгновенно, рефлекторно вскочил со своего места. Его плечи под преображенским мундиром натянулись как струна, а левая рука привычным, судорожным движением скрылась за спиной. Рита, увлечённая тяжёлыми мыслями, не обратила внимания на этот жест.

Парень даже не посмотрел в её сторону. Он подчёркнуто медленно, официально склонился перед ней в безупречном поклоне, силясь удерживать ледяное спокойствие. Иван упрямо держал спину прямо и несгибаемо, не делая ни единого шага навстречу и ни в коем случае не прикасаясь к ней. Тем не менее Рита всё равно заметила, как мелко, едва уловимо дрожали его пальцы на эфесе и как судорожно ходил кадык на бледной шее. Одно лишь её присутствие в комнате заставляло его дрожать вопреки всей напускной выправке. При малейшем её движении чуть ближе к столу натянутые струной плечи Ивана едва заметно вздрогнули, а кадык вновь резко дёрнулся.

— Я пойду, ваше высочество, — мёртвым голосом произнёс Иван, оборачиваясь к великому князю, видимо отказываясь оставаться с Ритой в одной комнате. — Извольте отпустить. Дела в полку ждут, да и Остерман скоро прибудет.

Он сделал шаг к выходу, намереваясь скользнуть мимо неё, полностью игнорируя присутствие. Но Рита не собиралась отпускать его так просто. Согласно придворным правилам, она сначала плавно повернулась к великому князю и мягко, почтительно испросила разрешения на разговор.

— Ваше высочество, извольте простить моё внезапное появление. Мне крайне необходимо перемолвиться парой слов с вашим гоф-юнкером. Дело не терпит отлагательств. Позволите ли вы князю Долгорукову задержаться подле вас на пару минут?