Книга Мой муж ждет моей смерти, страница 65 – Алёна Климова

— Вы обещали обходить некоторые темы.

— Я обещал обходить медицинские факты. Про желудок это чистая гастрономия. К тому же на пустой желудок люди становятся суровыми.

Я придвинула к себе верхнюю папку, чтобы занять руки делом.

— Ладно. Кто у нас первый после Бориса Ефимовича?

Дмитрий открыл синюю папку и развернул ко мне лист с таблицами. Лицо у него стало сосредоточенным, хотя веселье из глаз никуда не делось.

— Павел Олегович, глава снабжения. Вчера на совещании громче всех хлопал, когда Игорь передал Марине право подписи. Чуть ладони себе не отбил от восторга.

— Слишком бурная радость часто служит прикрытием, — я провела пальцем по колонке цифр. — Смотрите в нижний угол. Три акта по аренде техники подписаны им день в день с переводами на транзитный кошелек.

— Думаете, они с Борисом поют дуэтом?

Дмитрий наклонился над столом, заглядывая в лист. Запахло кофе и он оказался совсем близко, и я поймала себя на том, что вместо цифр замечаю линию его скулы и расстегнутый ворот рубашки. Я машинально подалась назад, выпрямила спину и уставилась в край его воротника, совсем как вчера в первые секунды танца.

Дмитрий не шевельнулся, только чуть повернул голову в мою сторону.

— Вы так резко замолчали и выпрямили спину, Алиса, о чем задумались? — тихо заметил он. — Расслабьтесь.

Я отвела взгляд к документам.

— Я прикидываю объем работы, — сухо ответила я. — Нужно поднять путевые листы за квартал и проверить, выезжала ли эта техника на объект вообще. Кто следующий?

В его глазах мелькнула понимающая искорка, он легко откинулся назад и открыл следующую папку.

— Геннадий Львович, начальник сметного отдела. За пять лет я слышал его голос трижды, и каждый раз он просил передать соль. Вчера после совещания закрылся у себя и до ночи перебирал старые сметы.

— В тихом омуте черти водятся, — я сделала пометку в планшете. — Если Ефимович покупал дешевый материал по цене эксклюзива, сметчик был обязан это заметить. Либо Геннадий Львович слепой, либо в доле.

Официант принес тарелки и расставил их между бумагами. От ризотто поднимался пар, и пахло оно так, что я на секунду забыла про таблицы. Дмитрий взялся за стейк. Я заметила, что каждый раз, когда я отвлекаюсь на выписку, моя тарелка оказывается на пару сантиметров ближе ко мне.

— Ешьте, Алиса. Строительные грешники до пятницы из офиса не сбегут.

— Я ем.

— Вы держите ложку на весу третью минуту. Признавайтесь, что еще крутится в голове параллельно с аудитом.

Он спросил легко, не глядя на меня и продолжая резать мясо. Я была благодарна ему за это.

— Логистика, — я попробовала ризотто. Оно оказалось сливочным, с грибами, которые таяли во рту, и я поняла, что Дмитрий был прав. — Прикидываю, доехали ли четыре мусорных мешка до адресата.

Дмитрий отложил нож и посмотрел на меня с притворной укоризной.

— Четыре мешка? Алиса, если вы решили спрятать тело без моей помощи, я буду глубоко уязвлен. У меня, между прочим, просторный багажник и знание всех глухих берегов за городом.

— Обошлось без криминала. Утром я навела дома порядок и отправила забытые вещи бывшего мужа по адресу его матери. В черных пакетах для строительного мусора. На сто двадцать литров.

Он секунду смотрел на меня молча. Потом откинулся на спинку дивана и расхохотался так, что за соседними столиками обернулись.