Книга Мой муж ждет моей смерти, страница 50 – Алёна Климова

— Идемте.

— Прямо туда? — я с сомнением посмотрела на стену репейника.

— Не бойтесь. Тут совсем недалеко.

— Я не боюсь, Дмитрий. Я просто пытаюсь найти логику в том, зачем мы идем ночью в кусты.

— Вот за эту прямолинейность я вас уважаю еще больше. Поверьте, там красиво. И никаких кустов уже через сто метров.

— Если там окажется заброшенный гараж или стройка, я уйду.

— Если там окажется гараж, Алиса, я уйду вместе с вами.

Мы вышли в холодную осеннюю ночь. Ветер сразу же забрался под пальто, но стаканы с кофе приятно грели ладони. Дмитрий пошел первым, уверенно приминая ногами высокую сухую траву. Я шла следом, стараясь наступать след в след и не цепляться за колючие ветки. Под ногами хрустел сухой валежник.

— Осторожно здесь, — Дмитрий обернулся, указывая себе под ноги. — Большой корень.

— Вижу.

Но в темноте оценить высоту препятствия было сложно. Через пару шагов я всё-таки зацепилась носком ботинка за выступающее дерево и резко качнулась вперед.

Дмитрий среагировал мгновенно. Он перехватил коробку одной рукой, а второй крепко поймал меня за локоть, не дав упасть.

— Я же предупреждал, — с легкой укоризной произнес он.

— Я и не упала, — пробормотала я, выпрямляясь.

— Конечно. Это был тщательно рассчитанный гравитационный маневр.

— Не льстите себе. Я не пыталась упасть вам в руки.

— А очень жаль. Я бы красиво вас поймал.

Я аккуратно высвободила свой локоть из его пальцев.

— Вы просто невыносимы.

— Зато со мной не скучно.

И он был абсолютно прав. С ним действительно не было скучно.

Спустя минуту заросли расступились, и мы вышли на высокий, обрывистый берег. Внизу широким темным зеркалом расстилалась река. На противоположном берегу дрожали и расплывались в воде длинные желтые отражения редких фонарей, а над нами раскинулось глубокое, чистое небо, усыпанное холодными осенними звездами.

Ветер здесь гулял свободно, и я невольно поежилась.

— Красиво, — искренне признала я.

— Я же говорил, — в его голосе прозвучала довольная улыбка.

— Не обольщайтесь. Один удачный пейзаж не отменяет того факта, что вы заставили меня продираться через репейник.

— Я обязательно это учту. В следующий раз подготовлю красную ковровую дорожку, таблички с указателями и безопасные перила.

У самого края обрыва лежало толстое поваленное бревно, отполированное ветрами и дождями. Дмитрий подошел к нему, не задумываясь снял свой дорогой приталенный пиджак и расстелил его поверх грубой коры.

— Садитесь.

— Нет, — я возмущенно покачала головой.

— Почему?

— Потому что это ваш пиджак.

— Я заметил эту деталь.

— Он дорогой, Дмитрий. Вы не можете просто бросить его в грязь, тем более так холодно.

— Но бревно совершенно не выглядит грязным и мне не холодно, уверяю вас.

— Дмитрий Анатольевич!

Он посмотрел на меня с веселым, непробиваемым упрямством. Оставшись в одной тонкой рубашке на пронизывающем ветру.

— Алиса, садитесь. Пока вы спорите со мной о судьбе итальянской шерсти, наша пицца стремительно остывает. А вот это уже настоящее преступление, соучастником которого я быть не готов.

Сдавшись, я аккуратно опустилась на край его пиджака. Дмитрий устроился рядом, открыл коробку и протянул мне обжигающий кусок.

Пицца оказалась невероятно вкусной. Расплавленный сыр тянулся длинными нитями, а горячий кофе наконец-то согревал не только замерзшие пальцы, но и грудную клетку. Несколько минут мы ели в абсолютном молчании, наслаждаясь тишиной и шумом ветра в кронах деревьев.