Книга Элементы любви, страница 70 – Шула Ли

Еще он ведет себя так, будто хочет мне что-то сказать, но не говорит. Что очень необычно для человека, который зачастую выпаливает все, что приходит в голову, не раздумывая.

Я решаю пропустить выставку с картинами геометрических фигур и подняться на мансарду, где проходит временная световая экспозиция. Это заинтересовывает Брайса сильнее.

Мы заходим в комнату зеркал и разноцветных стеклянных кристаллов, свисающих повсюду. Создается иллюзия, что нет ни начала, ни конца. Мы стоим, завороженные, глядя по сторонам. Потом идем смотреть проекции картин и 3D-скульптуры. В итоге мы садимся на мягкую скамью.

Я не осознаю, насколько мне нужен отдых, до этого момента. Перед нами – инсталляция из конструкций с LED-подсветкой, занимающая всю стену.

Брайс рядом откидывается назад, раскинув руки по обе стороны.

— Помнишь, я говорил, что мы познакомились в день ориентационной встречи?

Я неуверенно киваю. Это первый раз, когда мы хоть как-то ссылаемся на тот вечер. Прошло больше недели, и между нами будто возник негласный пакт молчания: не говорить о том, что тогда случилось.

Мои нервы высовываются наружу, чтобы напомнить о себе.

— И я все еще не понимаю, почему ты не упомянул об этом раньше, – мягко, нетребовательно говорю я.

— Наверное, не нашел подходящего момента, – пожимает плечами он. – Но есть еще кое-что, чего я тогда не сказал.

— Что это был не ты, а твой злой брат-близнец, который выдавал себя за тебя?

— Что? Нет. – Брайс смеется.

— Тогда… ты пошел жаловаться нашему гиду, потому что я тебя не слушала? – снова пытаюсь я.

Я пытаюсь выиграть. Не хочу слышать, что он собирается мне сказать. Я не хочу, чтобы мне пришлось принимать решение.

— Тоже нет. – Он перестает опираться на руки и выпрямляется. – Я пытаюсь сказать, что после того часа я не мог выбросить тебя из головы, и на следующий день мои глаза искали тебя в коридорах, в надежде увидеть. И я увидел тебя и даже поднял руку, чтобы поздороваться, но ты была так погружена в свой мир, что не заметила. Ни в тот день, ни весь остальной учебный год. Я мог бы подойти и заговорить, но знал, что все сведется к очередной обычной беседе. А мне этого не хотелось. Поэтому я наблюдал за тобой так, будто ты – картина, к которой мне нельзя подходить слишком близко. Месяцы шли, и я о тебе забыл. Ты же знаешь, увлечения мимолетны. Но мы встретились на собеседовании. Ты сидела на той скамейке и читала свои карточки, и я пожалел, что не оделся поприличнее. Я сказал «привет», ты сказала «привет» – как один незнакомец другому. Ты меня не вспомнила. Да и с чего бы? Прошел год с тех пор, как мы говорили. Я пожелал, чтобы собеседование у тебя прошло хорошо, чтобы у меня появилась причина проводить с тобой время. А потом появился пост Янекупидона. Я воспринял это как знак, как возможность узнать тебя… узнать нас. Конечно, я не знал, что ты настроена против всего этого. Поэтому, не раздумывая, сказал тебе, что у меня есть план, чтобы помочь. Был ли он? Разумеется, нет. Я придумал его потом. Я хочу сказать тебе, что ты мне нравишься – ты нравилась мне с первой минуты, как я тебя увидел, – и то, что я сказал за ужином, было всерьез.

У меня перехватывает дыхание. Его глаза прикованы к моим. Сердце колотится так, будто обстреливает меня изнутри.