Книга Отец-одиночка, страница 104 – Янка Рам

Мне нужен юрист, наверное. Но у меня нет денег на юриста.

Надо снова искать работу...

А ещё, я должна зайти в "Пятый элемент" и забрать там кое-какие забытые вещи.

Боже... испытание!

Спускаемся с Надюшей, Володя ждёт меня возле стоянки.

— Доброе утро. Будь любезен, присутствуй с ней рядом все время! - шиплю на него тихо. - Чтобы потом я не бегала с полицией за вами!

Может быть, если ему придётся сидеть с Надей целый день, он начнёт сопротивляться этим "свиданиям". И пошлёт мать к черту.

Мечты, мечты...

— Я не ограничен в правах на ребёнка. Так что не надо стращать меня полицией, Дана.

— Тогда я буду стращать тебя своим мужчиной! Он тебе нос сломает, понял?

Каким именно, Сова?

Никаким!! Но Володя не выносит физического насилия. А вдруг это его образумит.

— Кстати, об этом. Я запрещаю тебе при ребёнке общаться с мужчинами. Я против того, чтобы ты таскала её по мужикам. И...

— У тебя нет никакого права указывать мне, как себя вести.

— Не надо вугаться, - переживает Надя.

Затыкаюсь.

— У мамы сегодня день рождения, ты даже не поздравила, - отчитывает меня.

— Поздравь за меня, - холодно бросаю ему.

— Она просила, чтобы Надя осталась на ночь.

— Только, если Надя сама захочет.

Полярный как-то каялся, что не любит детей. Пф... Вот Владимир всегда утверждает, что любит дочь. Но лучше "не любить" дочь, как Полярный, чем "любить", как Владимир. У него уже через полчаса начинает болеть от неё голова. И он выразительно страдает. Игнорирует ее попытки разговаривать. Это ранит Надюшу...

В общем, час - его максимум, потом он передаёт Надю родителям.

Собственно, все мои чувства к нему закончились с рождением дочери. Если до этого я была уверена, что этого интеллигентного принца надо просто разморозить, то после...

Все увещевания его матери, что мужчины равнодушны к младенцам и интерес к детям у них появляется позже, был чистой ложью! Если его нет, то и не появляется. А я не могу относиться хорошо к тому, кто не любит моего ребёнка. И мне плевать, что не все обязаны его любить! Я вас в таком случае, не обязана тоже.

Ты обещала себе, Сова, больше никаких "отморозков"! Больше не надевать розовые очки, пытаясь нафантазировать за куском льда что-то душевное и пылкое. И снова влипла в ледышку?

Но Полярный был такой горячий!

Он был такой трогательный с Кирой...

Но не с тобой, Сова, не с тобой.

— Ты слышишь меня?

— Что? - выплываю из болезненных мыслей.

— Дай мне её свидетельство о рождении и страховку?

— Зачем?

— Мама записала ее к хорошему ортодонту. Я свожу.

— Ладно... - копаюсь в сумочке, в поисках документов.

Хоть что-то полезное. К ортодонту Наде обязательно нужно. У неё выпало сразу много молочных и зубы могут "поплыть".

Может, он поимеет совесть и оплатит ей орто-конструкцию?

Отдаю документы.

— Дана... Я скоро перевожусь работать в другой город. На руководящую должность.

Прекрасно! Может, получу наконец-то человеческие алименты.

— У тебя есть время до вечера, чтобы решить, едешь ты со мной или нет. Я готов... сохранить семью. Если ты пересмотришь свое отношение к ситуации. Там не будет моих родителей. Только я и ты. Но…

Моё лицо дергается от неожиданности.

— Мне не нужно время.

Делаю шаг назад, обнимая себя за плечи.

— Я тебя... - отрицательно качаю головой.

— Интересно, ты когда-нибудь повзрослеешь? И в твоей милой головке появится что-то кроме "я"?