Книга Второй шанс для полковника Смолова, страница 17 – Юлия Рудакова

— А если я не умею по-другому? — тихо спросил он, и в этом вопросе впервые прозвучала вся глубина его внутренней растерянности. — Всю жизнь учили оценивать риски и брать ответственность за чужие жизни на себя.

— Значит, учись заново, — тепло улыбнулась Елена Павловна, накрывая его большую загрубелую ладонь своей морщинистой рукой. — Любовь — это не приказ по части, Артур. Это когда перестаешь бояться показаться слабым. Иди спать. Утро вечера мудренее, а завтра у тебя будет шанс исправить то, что ты сегодня наговорил.

Мать поднялась и вышла из комнаты, оставив сына в тишине. Артур долго смотрел на догорающие угли в камине, чувствуя, как тяжелый камень на душе понемногу отступает, уступая место твердому мужскому решению.

Утро выдалось солнечным, но промозглым. Артур вернулся в министерство с твердым намерением довести ревизию до конца, невзирая на угрозы Зайцева. Однако уже к полудню обстановка накалилась до предела.

Его вызвали в кабинет заместителя министра. Генерал-лейтенант Стругайло — человек старой закалки, обычно державший нейтралитет в аппаратных войнах, — на этот раз встретил Артура ледяным молчанием. На полированном столе перед ним лежала распечатка из интернета.

— Смолов, ты можешь мне объяснить, что это за цирк? — без предисловий начал Воронов, поднимая на него тяжелый взгляд. — Ты взялся за проверки тыловых контрактов, я это поддержал. Но какого черта твое имя начинает всплывать в желтой прессе в таком контексте?

Артур подошел ближе, бросил взгляд на бумагу. На экране монитора, открытом на планшете генерала, красовалась свежая публикация в одном из скандальных Telegram-каналов. Статья была озаглавлена броско и грязно:«Героический тыл полковника Смолова: как новые министерские ревизоры прикрывают семейный бизнес». В тексте с манипуляторной точностью переплетались факты его биографии, недавний развод с Ингой и… кулинарный блог Яны. Автор статьи на полном серьезе утверждал, что закрытый дачный поселок под Москвой стал «штабом по отмыванию контрактов», а популярный блогер-кулинар якобы используется для прикрытия незаконных финансовых потоков.

Внутри у Артура все обошлось ледяным, тугим узлом. Ярость накатила мгновенно, но внешне он остался абсолютным монолитом.

— Это провокация, товарищ генерал-лейтенант, — голос Артура прозвучал ровно и честно. — Заказной вброс. Цель одна — дискредитировать проверку по вещевым закупкам и оказать на меня давление.

— Мне плевать, чья это провокация, Смолов, пока она бьет только по рядам министерства! — жестко отрезал Стругайло. — Руководство не любит скандалов. Если эта каша заварилась из-за твоих личных связей... решай вопрос немедленно. Иначе я буду вынужден отстранить тебя от проверки до выяснения всех обстоятельств. У тебя есть сутки, чтобы решить вопрос.

Артур вышел из кабинета генерала с тяжелым камнем на сердце. Он ожидал удара по себе — от Зайцева, от системы, от кого угодно в министерских коридорах. Но бить через Яну, втягивать ее чистое, далекое от грязной политики дело в эту паутину — это был удар ниже пояса.

Тем временем на даче разворачивался настоящий шторм.

Яна обнаружила атаку случайно, когда попыталась зайти в рабочий аккаунт своего кулинарного канала. Страница была заблокирована из-за сотен ложных жалоб на «нарушение авторских прав и спам», в комментариях к последним роликам работала армада проплаченных ботов, поливая ее грязью и обвиняя во всех смертных грехах. Рекламные партнеры начали в панике расторгать контракты.