Книга Вредина для Чемпиона, страница 97 – Илона Шикова

— Ты тоже.

— Интересно, чем? – горько усмехаюсь, однако Леха продолжает злиться.

— В отличие от тебя, я ни в чем не виноват.

— Интересно, в чем же виновата я? – смеяться не хочется, потому что боль, даже спустя пять долгих лет, еще жива.

И сейчас начинает усиливаться с каждой минутой, все быстрее набирая обороты с каждой долбанной секундой. В груди щемит, сердце бешено колотится, и становится нечем дышать. А Леха смотрит на мои мучения своим пристальным взглядом, в котором даже толики прощения не наблюдается. Он не желает мне помочь – это я, идиотка, столько времени думала о нем, не подпуская к себе близко ни одного мужика. Сегодня решилась, наконец-то, завязать с прошлым и хотя бы попробовать начать жить заново. Возможно, даже влюбиться – и вот итог.

Никуда от этого Пантелеймонова не сбежать и не спрятаться.

— Тем, что не поверила, – довольно тихо произносит Алексей и отводит глаза в сторону. – Твою мать! – внезапно громко выкрикивает и бьет кулаком по столешнице. Дышит часто, желваки ходят ходуном, и сам он выглядит неважно. Берет бутылку, наливает себе янтарной жидкости и снова залпом выпивает.

Такими темпами он скоро напьется, завалится спать, и я смогу сбежать. Подальше от воспоминаний и той боли, которая рвет душу на части.

— Все так же ругаешься, – я снова усмехаюсь с грустью в голосе, глядя прямо перед собой. Верчу бокал в руке, не желая снова видеть злость и ненависть в глазах своего собеседника.

— Ладно, оставим наши непростые отношения, – Леха берет себя в руки, по крайней мере, стальные нотки пропадают из голоса. – Ребенок в чем виноват?

— Давай я задам тебе вопрос по-другому, – поднимаю глаза, чтобы внимательно следить за реакцией мужчины. – Представь себе, что пять лет назад я бы приехала к тебе и сказала, что беременна. Свалилась бы, как снег на голову, и ошарашила новостью. Что бы ты сделал? – немного наклоняюсь корпусом вперед, дотрагиваясь грудью до гладкой поверхности столешницы. – Молчишь? – с небольшим нажимом интересуюсь, так как пауза в нашем диалоге затягивается.

— Не знаю, – наконец-то отвечает Леха довольно тихо, однако по его выражению лица прекрасно видно, что он продолжает злиться.

— Конечно, не знаешь, – теперь уже вспыхиваю я, потому что мужская бестолковость начинает дико раздражать. – Ты же ни разу с этой точки зрения не рассматривал данную ситуацию. И вопроса такого себе не задавал, угадала? – он молчит, но вижу, что попала “в яблочко”. – А хочешь, я тебе отвечу, что бы ты сделал тогда?

— Давай, – Леха не сводит с меня пристального взгляда, но мне уже все равно.

Когда речь заходит о моем сыне, все окружающие становятся безликими тенями, а все их речи проходят мимо моих ушей. Марк – главное в моей никчемной жизни, и ради его блага я готова на все. Даже на нереальное, если это поможет моему ребенку стать счастливым.

— Ты бы из благородства женился на мне, так как мысли о том, что твой сын будет расти без отца, не допускаешь, – выдаю на одном дыхании, глядя на Леху. – Но не учел бы одного – недопонимание и обида остались бы, потому что от них не сбежать. А теперь представь хотя бы на минуточку, как долго продлился бы наш брак в таких условиях? Я не верю тебе, считая, что ты меня использовал, а ты не доверяешь мне, думая о том, какая я расчетливая стерва. Заманила тебя в ловушку и заставила жениться против воли.