Книга Факир, страница 5 – Илона Шикова

Он снова залез рукой в карман пиджака и достал оттуда небольшой прозрачный пакет, в котором лежала цепь с кулоном в виде небольшой книжки.

— Твою мать! – выкрикнул Разумовский, разглядывая вещицу.

— Узнаешь? – Петров кивнул головой в сторону вещдока. – Это нашли под кирпичами. Цепочка порвалась и отлетела в сторону, поэтому сохранилась.

— Фотки внутри есть? – скривился Борис Наумович.

— Нет.

Начальник СК замолчал и впился взглядом в Разумовского. Кто бы только знал, как ему, Алексею Викторовичу Петрову, было сейчас противно. Но деньги, как известно, не пахнут, а он всю жизнь мечтал быть богатым. С Борисом Наумовичем его познакомил бывший шеф, который сейчас сажал огурцы за городом. Два года назад его спровадили на пенсию, и Алексей занял место начальника.

Жена, двое детей, молодая любовница – все это требовало колоссальных затрат. Особенно последний пункт. А добавить сюда азартные игры, курорты и дорогие автомобили – чего уж душой кривить, без криминальных денег никуда.

Но все равно было противно осознавать, что ты зависишь от каких-то недомерков типа Разумовского.

— А что с деньгами? – Борис Наумович прервал затянувшуюся паузу, во время которой рассматривал кулон, так и не дотронувшись до него.

— Пока удалось установить только два счета в российских банках, – Алексей Викторович заглянул в бумаги. – На одном двести тысяч рублей, на другом полмиллиона. Пока мне передали информацию на словах, но в ответе на запрос напишут то же самое. Наследники – жена и сын.

— Чего? – Разумовский даже сделал шаг к столу. – Ты издеваешься надо мной? Там должно быть гораздо больше.

— Боря, не кипятись, – встрял в разговор москвич, который тоже зря времени не терял, рассматривая драгоценную вещь, лежащую на столе.

— Я хочу получить свои деньги за последнюю партию, – чуть ли не по слогам произнес Разумовский и оперся руками о стол. – Это ясно? Ищите.

— Где, скажи на милость? – начальник СК поднял обе брови в немом изумлении. – Европа не Россия, там никто нам в рот заглядывать не будет. Да и через оффшоры можно бабки перевести так, что ни один эксперт их путь не определит. Тебе ли не знать, Борис Наумович.

— Я попробую пробить через своих, – заявил Давид. – Как ты правильно сказал, нам в Москве виднее, – он встал со своего места. – Но и вы пошевелитесь. Ты, Боря, прежде всего, несешь ответственность. Ты должен был просчитывать все шаги Факира наперед. Я же тебя предупреждал – не буди зверя, но ты не послушал. Теперь всем придется расхлебывать. Я позвоню.

И мужчина первым вышел из кабинета.

У Алексея Викторовича зазвонил телефон, и он, кивнув на прощание головой, взял со стола вещдок, засунул его обратно в карман и тоже покинул помещение, в глубине души благодаря Бога, что появился удачный случай свалить из этого серпентария.

Разумовский сцепил руки замком за спиной и задумался. Конечно же, расклад со смертью Мальцева его устраивал целиком и полностью. Только вот с деньгами вышла накладочка. Точнее, полная задница.

— Твою мать! – он стукнул по столу. – Какого хрена!

Борис Разумовский всегда мечтал о власти. О деньгах, конечно, тоже, но, как и многие люди невысокого роста, страдал комплексом Наполеона. Два месяца назад ему исполнилось пятьдесят, и мечта наконец-то осуществилась. Вот она, власть!