Книга Мышеловка для дикого, страница 72 – Илона Шикова, Юлия Еленина

Как по голове ударило последнее слово. И может, я чертов эгоист, поступаю сейчас неправильно, надо ей дать время прийти в себя, но не могу.

Не могу уйти!

Как будто ноги сами к полу приросли посреди палаты!

— Марин, я не уйду больше никогда, – сейчас я, как никогда, серьезен. Да и шутить дальше не намерен. – Что, – пауза, – с тобой, – еще настойчивее, – случилось?

Конфетка уставилась на меня с удивлением – ну вот, хоть какие-то эмоции. Пусть удивляется, злится, убивает взглядом, но только не походит на человека, которому плевать на все происходящее вокруг.

— Артур, я… – замялась, прикусив нижнюю губу. – У меня была угроза выкидыша, – выпалила на одном дыхании и тут же снова прикрыла глаза.

И снова она меня бьет только словами. Я, наверное, сейчас похожу на ничего не понимающего придурка. Но вот это новость! Выкидыш… Значит, Конфетка…

— У нас будет ребенок? – в несколько шагов преодолел оставшееся расстояние до постели и присел на корточки, найдя ладонь Марины.

— Хорошо хоть не спросил от кого, – кивнула и даже попыталась усмехнуться.

Правда на глаза слезы наворачивались, и Марина еле сдерживала рыдания. Тяжело ей, еще я тут со своими наездами. Гинекология – мог бы и сам догадаться, баран.

Только вот никто и никогда не сообщал мне столь ошеломляющей новости.

— Не плачь, пожалуйста, – я сильнее сжимал ее ладонь, чтобы почувствовала мою поддержку. – Не могу видеть твои слезы.

— Тогда уходи, – она еле прошептала и снов открыла глаза. – Раз не можешь видеть мои…

— Я люблю тебя, – поцеловал ее ладонь и уставился на свою Конфетку. – Ну, и чего ты ревешь?

Н-да, женщины, ну вы и странные существа. Вот зачем плакать, когда радоваться надо! Говоришь ей банальные слова, которые услышать хочет, причем от души говоришь, по-настоящему, а у нее чуть ли не истерика.

— От счастья, – Марина хлюпала носом, утыкаясь мне в грудь, пока я ее обнимал. – Или от радости.

— Лучше скажи, как чувствуешь себя, счастливая ты моя? – улыбнулся, но ответить Марина не успела.

В палату вошел доктор и уставился на наш дуэт с Конфеткой.

По взгляду понятно – сейчас меня вышвырнет. Довел Марину до слез, а ей, кстати, нервничать-то нельзя. Объясняй теперь человеку, что это она от радости.

Или от счастья, что сути не меняет.

Только вот сказать не успел, что люблю я их уже обоих. Или обеих, тут как повезет. Главное, горы сверну.

Лишь бы с Конфеткой и нашим ребенком ничего не случилось.

А круто звучит – наш ребенок!

Она даже не представляет, каким счастливым сегодня сделала меня!

Марина

Артур здесь. Рядом. Не отходит, держа мою руку в своей. Знал бы он, как долго я этого момента ждала. Да, сопротивлялась своим чувствам. Не доверяла, боясь, что снова боль причинит.

Но в то же самое время ждала, что придет. И верила в его чувства. Те слова, которые он сказал во время нашего отдыха, были искренними. О том, что все в наших отношениях настоящее. Но и простить я не могла. Вот такая я непостоянная, но Лика сказала, что в моем положении это нормально.

— Перепады настроения, постоянные сомнения, даже местами вспыльчивость, – усмехнулась моя подруга и подмигнула. – Это все считается нормой при беременности.

И это мне, медику, рассказывает. Я-то на практике насмотрелась, что все может быть и по-другому, но не спорила. Пусть! Спишем на беременность.