Книга Сердцеед для блондинки, страница 90 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

— Тут надо подумать, – Лиля грызет ноготь, пытаясь что-то судорожно вспомнить, однако время не ждет.

— Думай быстрее, а то я точно опоздаю, – подгоняю мыслительный процесс своей подруги, а через пару секунд мы с Кариной наблюдаем кардинальные изменения на ее лице.

— Вот же балда, – снова бьет себя по лбу Минаева. – Как же я могла забыть! Мне тут маман подарила на восемнадцатилетие норковый полушубок!

— И ты молчала? – Карина возмущённо восклицает, глядя на Лильку, однако та отмахивается от моей соседки, как от назойливой мухи.

— Отстань, – фыркает ей в ответ и несется к двери. – Настена, не уходи, я сейчас, – орет уже из коридора, а мы с Голубевой начинаем дико смеяться.

Вот же неугомонная, эта Лилька. С такой точно не пропадешь. Однако радует, что в девчонке мы не ошиблись – она настоящий друг и верный товарищ, который готов порадоваться вместе с тобой и поддержать, если тебе плохо.

Не проходит и пары минут, как шустрая первокурсница залетает в комнату, неся в руке полушубок, который, походу, еще сама ни разу не надевала, так как он завернут в чехол. Достает одежду из целлофана, а Карина снова стонет.

— О, Боже, – в очередной раз закатывает глаза Голубева, а после с нажимом в голосе произносит: – И где здесь норка, балда?

— Ну, почти норка, – Лилька быстро орудует, расстегивая мой пуховик, а после того, как я его снимаю, помогает надеть полушубок.

Искусственный, но очень хорошего качества. В любом случае, этот вариант лучше, чем моя красная курточка.

— Не слушай ее, Лиль, – обнимаю девушку и целую в щеку. – Спасибо, дорогая. Ты меня выручила.

— Мы тебя проводим, – она хватает два пуховика, один отдает Голубевой, а я вешаю сумку на плечо, после чего мы втроем движемся по коридору к лестнице.

Естественно, весь народ, который в небольшом количестве встречается по пути нашего следования, провожает наше необычное трио взглядами и напутствиями на сегодняшний вечер. Хотят, видимо, подбодрить, однако заставляют нервничать еще сильнее.

Но пора уже взрослеть и справляться со своими волнениями – нельзя всю жизнь прятаться в панцирь и пытаться отгородиться от окружающих, замыкаясь в себе. Надо учиться давать отпор и не обращать внимания на завистников, принимая каждую брошенную реплику близко к сердцу. И я научусь, во что бы то ни стало сделаю это.

Моя «группа поддержки» вручает меня лично в руки Захару, который стоит возле ступенек, а при моем появлении, кажется, теряет дар речи. Приятно, конечно же, от чего на моем лице появляется улыбка.

Лилька кашляет в кулак, заставляя парня отмереть и помочь мне спуститься, и он, слава Богу, с первого раза понимает ее намек.

— Повеселись там, Настен! – кричит нам в спину Минаева, когда мы с Захаром из-за моих каблуков, которые скользят на льду, медленно движемся под ручку к машине.

— Пошли уже, горе мое, – ворчит Карина, вызывая небольшой смешок.

— Птичка, ты неотразима, – шепчет парень мне на ушко, чуть касаясь его губами.

— Я очень старалась, чтобы тебе понравилось, – одариваю Захара милой улыбкой, когда он помогает мне сесть на переднее пассажирское сиденье.

— Мне понравилось, – кивает и захлопывает за мной дверь, после чего обходит автомобиль спереди.

Мой любимый мужчина сегодня тоже не подкачал – черный костюм, белая рубашка, галстук-бабочка и кожаные туфли. Боюсь даже представить, сколько стоит его гардероб, однако выглядит Захар идеально.