Книга Сердцеед для блондинки, страница 11 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

— Стриж Анастасия Дмитриевна, восемнадцать лет, студентка второго курса факультета «Учет и Аудит», – делает паузу, даже не поворачивая головы в мою сторону. А у меня округляются глаза, слушая его размеренную речь.

Я удивлена, ничего не скажешь – тем, что этот мажор наводил справки обо мне. И теперь мои мысли путаются, а я ещё больше начинаю теряться в догадках, зачем ему всё это.

— Приехала из маленького провинциального городка нашей области. Живет с бабушкой и младшим братом, родители погибли, – и снова мой спутник делает паузу, после чего останавливается на красный свет светофора. – Продолжать? – с ленцой в голосе спрашивает и поворачивается ко мне.

Теперь его взгляд излучает превосходство от того, что он может, не напрягаясь, узнать о человеке любую информацию. И если он думает, что я буду хлопать глазками от счастья и восхищаться его осведомленностью, то пусть не заблуждается.

На меня нападает какое-то дикое раздражение. Вкупе со злостью.

Информацию, значит, собирал? И вот скажите на милость, чем я могла его привлечь? Зачем он смотрит, сканирует, а теперь еще и подвозит?

Прихожу в чувство и выдаю на одном дыхании первое, что приходит в голову:

— Захар Гончаров, извини, отчество так и не узнала, – ехидным тоном, не отводя от него взгляда, в котором полыхает ярость, бросаю ему в лицо всё то, что думаю о нём, не взирая на последствия. А они будут, я уверена – такие как он не простят пренебрежительного отношения к себе. Но сейчас это не имеет значения – тормоза сорваны, и я несусь в пропасть под названием «неизвестность»:

— Золотой мальчик, мажор, сердцеед и бабник. Папино имя в Форбсе еще не напечатали? Хотя уверена, в сотню самых богатых людей нашей страны он точно входит. Ничего не забыла?

Захар внимательно слушает мою воинственную речь, но лишь усмехается, отводит взгляд и снова трогается с места.

Надо же, какой спокойный! Вывел меня из себя, а сам только и делает, что ухмыляется. Вот так и хочется стукнуть его от бессилия. Я тут, можно сказать, трачу весь свой запас смелости, а он даже бровью не ведет. Еще и ухмыляется, чтоб ему пусто было.

— Двадцать четвертый, – вдруг спокойно выдает парень, после чего поворачивает влево и не торопясь заезжает на парковку бизнес-центра «Восток», где фирма, в которой я подрабатываю, арендует аж целых три кабинета.

— Что? – переспрашиваю, так как ненадолго выпадаю из реальности.

— Я говорю, двадцать четвёртый, – невозмутимо уточняет. – В списке самых богатых людей России.

— Значит так, двадцать четвертый, – снова выпаливаю Захару в лицо, когда он глушит мотор, припарковавшись на одном из свободных мест, и снова смотрит на меня своими чертовыми голубыми глазами. – Я не знаю, что тебе от меня надо, но завязывай пялиться. Мне не нужны сплетни, а твое пристальное внимание к моей скромной персоне уже начинают замечать окружающие.

— Тебе не плевать? – резко перебивает, и все мое негодование вмиг испаряется.

Я немного теряюсь, так как не знаю, что ответить. Все мысли разбегаются, и не хотят складываться в единое целое.

— Мне не плевать, – пытаюсь держать себя в руках. – Зачем это тебе нужно, скажи на милость?

— Ты надолго? – игнорирует мой вопрос Захар и кивает головой в сторону многоэтажного бизнес-центра. И как, скажите на милость, с ним можно откровенно поговорить, чтобы выяснить все раз и навсегда, и расставить все точки над «i»? Опять включает свой игнор, как будто не ему я задала последний вопрос.