Книга Ловелас для брюнетки, страница 6 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

— Значит, я к тебе, – игнорирует мои вопросы парень, продолжая скалиться и смотреть мне в глаза. – Мне посоветовали твою фирму, как лучшую в городе, – он снова демонстрирует свой неотразимый и довольный вид, что хочется в очередной раз его послать в пеший эротический тур.

— Похвально, но…

— Через три недели у моих родителей юбилей свадьбы, – Валевский снова не дает мне спокойно закончить свою мысль, наглым образом перебивая. – И я, как примерный и заботливый сын, хочу организовать им праздник. Рассматриваются все варианты, бюджет не ограничен, и я на днях жду от тебя все возможные предложения.

От подобной наглости захватывает дух, и даже я, со своей неуемной дерзостью, не нахожусь с быстрым ответом. Его надменный тон, звездная болезнь и желание продемонстрировать свое превосходство не знают границ. И вызывают лишь повторное желание поставить нахала на место, послать куда подальше и забыть о его существовании на этой планете.

— Я рада за твоих родителей, – пытаюсь все еще сдерживаться, однако судя по тому, как Рома меняется в лице, все же мой голос звучит довольно резко, а никак не спокойно. – Но этот и следующий месяцы уже забиты под завязку.

— Ты не поняла! – выдает довольно резко и громко Валевский, от чего я чуть не подпрыгиваю на месте. – Я не спрашивал о твоих планах на два месяца, – он намерено делает паузу, впиваясь в меня взглядом. – Я тебе сделал конкретный заказ, – и даже немного подается корпусом вперед, видимо, чтобы я окончательно впечатлилась. – Назови любую сумму, я заранее согласен.

Он замолкает, пронизывая меня взглядом, в котором сверкают молнии, а я наоборот закипаю. Да так, что сейчас гром разразится, и стены в моем кабинете потрескаются от моей гневной тирады. Надо же, осчастливил и своим присутствием, и своим щедрым предложением!

А остальные пусть подождут, ведь царь же не может ждать так долго!

— Иди нахрен, Валевский! – я даже приподнимаюсь со своего и наклоняюсь всем корпусом немного вперед, опираясь кулаками о столешницу. – И со своим заказом, и со своими бабками! Мне на них плевать с высокой колокольни! И для глухих повторяю – дверь за твоей спиной, так что всего хорошего, Рома!

— Мстишь мне за прошлое? – Он не двигается с места, лишь желваки ходят ходуном, а глаза по-прежнему метают молнии в мою сторону.

— Ты слишком высокого о себе мнения, – я снова плюхаюсь в свое кресло и откидываюсь на спинку. – Тебе никто не говорил, что иногда, – делаю акцент на последнем слове, – стоит употреблять такие слова, как «пожалуйста», «будьте любезны» или хотя бы высказывать просьбу, а не приказывать, – повторно делаю паузу, наблюдая, как глаза парня наливаются кровью. – И люди к тебе обязательно потянутся, Валевский.

— Еще раз повторяю, – он отделяет каждое слово друг от друга, произнося их со злостью. – Назови любую цену и сделай моим родителям праздник.

Вот и как, прикажете, с таким мило и культурно общаться? Никаких нервов не хватит терпеть Валевского целых три недели, еще и потакать всем его капризам и закидонам. Я-то думала, он с возрастом поумнел, научился вести себя нормально, не показывая направо и налево своего высокомерия, однако на деле всё оказалось еще хуже, чем было раньше.

И я когда-то была в него влюблена? Боже, какой же я была дурой!