Книга Укрощение строптивых 2, страница 87 – Маргарита Светлова

Но когда Лориен подошёл ко мне, приобнял за талию, я не смогла скрыть чувств и приготовилась к очередной порции оскорблений. Мне было страшно, что он начнёт это делать при парнях, но в глубине душе теплилась маленькая надежда, что он не опустится до подобного. Я несмело взглянула на любимого и обомлела: он так на меня посмотрел, что у меня дыхание сбилось, а его взгляд, будто жидкий огонь, опалил меня. Тьма, ещё немного, и лишусь чувств от волнения. Я практически не слышала, что говорила Юля, его ответ меня не удивил, зато взгляд…

— Для вас – подруга, а для меня жена. — говоря, он с обожанием посмотрел на меня. С обожанием? Я была поражена и не могла поверить в происходящее, он открыл портал, и мы оказались в его комнате.

Мои нервы были натянуты, как струна, я не знала, что мне от него ожидать, опять оскорблений? Или… В моей душе появился маленький лучик надежды, но, увидев его напряжённый взгляд, погас. Я приготовилась держать удар, главное – не разрыдаться перед ним от обиды. Он же выпустил меня из своих объятий, если можно назвать объятиями его руку, державшую меня за талию, отошёл к окну и повернулся ко мне спиной.

— Вел… — чуть слышно произнёс моё имя он, а затем замолчал, наверное, пытаясь подобрать слова, затем, не поворачиваясь ко мне, произнёс. — Сними амулет, пожалуйста.

Пожалуйста? Это что-то новенькое, удивилась я, но выполнила его просьбу. Он же продолжал молчать, тишина, стоящая в комнате, на меня давила невероятно, мои нервы были напряжены до предела. Зачем он меня мучает, зачем мочит? И я не выдержала…

— Если Вы забрали меня от девочек, чтобы в очередной раз оскорбить, то не тяните, говорите, что хотите, и отпустите же, наконец, меня домой! — я старалась придать голосу максимально равнодушную интонацию, хотя мне это стоило невероятных усилий.

Он же, услышав мои слова, резко развернулся, и я растерялась, столько в его взгляде было отчаянья…

— Вел, не знаю, — рвано вздохнул он, было видно, что с ним что-то происходит, но я не могла понять, что конкретно. Может, он не знает, как сказать мне, что не желает видеть меня, я боялась услышать от него страшные слова, а он взволнованным голосом продолжил, — я не знаю, как вымолить у тебя прощение за все те ужасные слова, что я тебе говорил ранее. Я понимаю, что вёл себя, как отъявленный негодяй, причиняя тебе боль и постоянно втаптывая в грязь, мне за это нет никаких оправданий.

— Прощение? — я чуть слышно повторила это слово, не веря в происходящее.

— Да, прощение, и прошу дать мне шанс всё исправить. — не отрывая своего взгляда от моего лица, он направился ко мне, я же не знала, что ему на это ответить.

— Понимаю, что прошу о невозможном, милая, и всё же умоляю тебя дать мне хоть маленькую надежду, — он смотрел на меня взглядом, полным муки и безнадёжности.

— Зачем? — не отрывая своего взгляда от него, спросила я.

— Как, зачем? Неужели не понимаешь? — чуть слышно он спросил у меня.

— Всё из-за обряда, который нужно будет нам всем провести, верно? — догадалась об истинной причине его перемены ко мне.

— Обряда? — немного растерялся он.

— Да, или есть ещё какая-то причина? — несмело задала я вопрос, в глубине души отчаянно надеясь, что так оно и есть.

— Вел, обряд тут ни при чём, неужели ты считаешь меня настолько подлым, что я только ради обряда у тебя прошу прощенья! — начал закипать он.