Книга Офицер. Сопротивление бесполезно, страница 57 – Мари Дион, Вильда Кранц

Так и есть по сути. Мне претит быть нахлебницей. Я и так ему должна, кучу денег. Я уже подсчитала. Мне с ним долго рассчитываться придется.

— Неудобно мне, я лучше сама как-нибудь.

От моих слов, лицо Романа ещё больше напрягается. Желваки на скулах аж ходуном заходили.

И явно его планы про "отмечать" поменялись. Потому что судя по дороге, он везёт меня к бабуле.

Кажется, я его очень сильно огорчила. Но лучше правда, чем юлить и выкручиваться.

Дальше едем молча. Только шум колес и рёв двигателя. И гнетущая атмосфера.

Я его таким ещё не видела. Он ведь даже когда сердился, умудрялся шутить. А сейчас как будто ледяная стена стена между нами образуется.

И по ощущениям увеличивается в размерах с каждой молчаливой минутой.

Теперь я понимаю, почему иногда люди предпочитают не говорить правду. Чтобы не было этого ощущения холода, который проникает внутрь и заставляет леденеть всё внутри.

А моя душа, так вообще волком воет. Каким бы он не был мерзавцем, он же всё равно меня в беде не бросил. Значит есть в нем доброе.

Только у меня большие сомнения, что вот эта доброта не имеет холодного расчёта, чтобы затащить меня в койку.

Роман

Неудобно блядь ей!

Бесит её недоверие!

Кости изнутри выворачивает. Я уже можно сказать наизнанку с ней вывернулся. А ей всё не так.

Засела в голове. И выходить не собирается, чем не вытравливай.

Нога сама начинает вдавливать педаль в пол.

Сам себя останавливаю. Потому что ей страшно. Вон, сразу за ручку на двери хватается.

Сама блядь, как-нибудь!

Да её одну оставлять вообще нельзя. Сразу же приключения на свою задницу находит.

Зачётную кстати. Пока держал её на руках, думал член джинсы порвёт, так к ней рвался.

Сбавляю скорость. Я весь как оголённый нерв.

Как к этой засранке подступиться?

Давить не хочу. Хочу, чтобы сама ко мне потянулась. А я подхвачу.

Но нет. Целуй не целуй, один хер иголки недоверия выпускает.

Пробовал переключиться. Хер там!

Одно чувство брезгливости испытал. Как будто в грязь окунулся. Так и не начав, пулей вылетел из квартиры Евы.

Потом в дуже полчаса кипятком отмывался.

Как блядь она умудрилась все мои мысли занять?

Только одну её надо. Чтобы не срываться каждый вечер к ней, работаю как проклятый.

Чем дольше я с не контактирую, тем сложнее держать себя в руках.

Хочется как пещерному человеку, закинуть на плечо и утащить в свою берлогу. А уже там, делать с ней всё, что моё воображение мне каждый день рисует.

Не доехав до котеджного поселка, сворачиваю на просёлочную дорогу, которая к реке ведёт. В багажнике уже всё для пикника сложено.

— А мы куда едем? - оглядываясь по сторонам, спрашивает она. - Мы же не доехали!

Блядь, опять мои слова мимо её изящных ушек пролетели. Говорил, отмечать едем.

Чем слушала?

— В лес, - цежу я.

— Я для сбора грибов и ягод пока не очень полезна, - кивает на ногу.

Блядь!

Усмехаюсь.

Что за наивная простота?

— Я в курсе, - киваю.

Лиза с подозрением смотрит на меня. И по глазам вижу, как шестерёнки в её голове закрутились.

— А зачем тогда? - сдавленно спрашивает она.

— А зачем красивых девушек в лес возят?

Она совсем теряется. Жмется к двери со своей стороны.

Балда недоверчивая.

Разве не поняла до сих пор, что я ей точно не причиню вреда?

Вот затрахать до потери пульса - да. И то, только по обоюдному согласию.