Книга Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы, страница 61 – Алиса Рудницкая, Фата Моргана

Истар попытался встать и уступить мне место, но я зашла ему за спину и легонько надавила на плечи. Вампир пугливо вжал голову в эти самые плечи и пробормотал:

— Ну… мы все равно собирались… Лауру тут стало значительно легче, так что… вот…

«Лауру? — восторжествовала я. — Ага. А мы уже тут на короткой ноге!»

— Да, мне правда лучше, — собравшись, сдержанно кивнул Лаурэант. — Честно признаться, я не помню, когда в своей жизни так хорошо отсыпался. Да и настроение нормализовалось…

— Что, уже не хочется реветь ледяными жемчужинами? — решилась пошутить я.

— Нет, не хочется, — довольно спокойно ответил Лаур.

Я оценила то, насколько он стабилизировался. Сразу захотелось начать его поддевать и проверять, насколько это его спокойное состояние шаткое, но я сдержалась. Он и так на соплях держится, не хватало еще его толкать в пропасть намеренно.

— Итак, о чем болтали с такими довольными лицами? — уточнила я, принявшись чуть властно мять плечи Истара.

— О Ветте, — пояснил Лаурэант.

— О ком? — озадачилась я.

Эльф подарил Истару озадаченный взгляд.

— В культуре вампиров не принято вспоминать ушедших по имени, — пояснил тот. — Так что она не знает.

— Веттой звали его сестру, — пояснил Лаурэант.

Я зависла. Ну ничего себе… а я ведь даже не заметила этого! Я столько о ней слышала, но не слышала самого важного ни разу — ее имени. Однако больше меня занимал не сам предмет разговора, а то, с какими лицами они о ней говорили.

Мне почему-то казалось, что сестра Истара должна быть довольно болезненной темой.

— Так… все решилось? — уточнила я.

— В некотором роде, — кивнул Истар на Лаурэанта. — Ох… Аэ. Там такое…

Лаурэант закрыл глаза и тяжело вздохнул. Уши страдальчески опустились.

— Ты меня убьешь, — сказал он.

— Ага, — усмехнулась я, предвкушая очередную веселуху. — Ну-ка давай рассказывай. Я потом подумаю, убивать тебя или нет.

«Ты, Аэчка, конечно, дурочка, — подумала я торжественно, — но я клянусь тебе, милая. Я тебе обещаю, дорогая. Я из гадкого изменщика всю душу вытряхну. Шкурку спущу, а потом обратно надену, шиворот-навыворот. Вот уж точно — высеку в лучших традициях нашей королевы Мелуарии».

— Даже не знаю, с чего начать, — виновато покачал головой Лаурэант. — Ты ведь и так все знаешь, верно?

— Знаю-знаю, — кивнула я со злой улыбкой. — Но даже не думай, сладкий мой, что ты отвертишься от объяснений.

— Признаться, — побледнел Лаурэант, виновато принявшись теребить волосы, — все эти пять дней я испытывал огромные угрызения совести…

Открыв глаза, он посмотрел на меня с сожалением.

— Думаю, если бы я на секунду отвлекся от своих метаний и посмотрел на тебя внимательнее, то прилагал бы куда больше усилий к тому, чтобы за тобой ухаживать, а не… а не творить все, что я творил.

Не выдержав, он болезненно поморщился.

— Как же тяжело осознавать, насколько я был тупицей…

— Я уже не та Аэ, которую ты знаешь, — немного помогла ему я. — Скажем так, я отринула все былое в тот момент, когда вернулась домой. Решила начать жить заново. Наверное, поэтому вся моя жизнь до этого, поверь, вызывает у меня такой же стыд, как и твоя — у тебя. Буквально какой-то тревожный, полутупой кошмар, а не воспоминания.

— Да, я заметил, что ты очень изменилась, — кивнул Лаурэант. — Кто бы мог подумать… ты… будто совсем другая эльфийка… я вообще о тебе ничего не знаю… это даже немного пугает.