Онлайн книга «Кровавая жатва»
|
Выскочив на свободное пространство, ловчий остановился и развернул козерога боком к оставшимся позади существам. Огорошенные осы выбирались из древесных переплетений и оценивали ущерб нанесённый органам полёта. Гвардеец опомнился после падения и поднялся на ноги. Подвигавшись, он обнаружил, что из-за слизи приклеился к растениям и не может сойти с места. Это увидел и гильдиец, который не спешил бросать товарища в беде. Верховой направил барана назад к слетевшему пассажиру, держа меч поднятым для отражения любой агрессии насекомых. Застрявший боец остервенело дёргался, порываясь обломать или вырвать ветки, которые его удерживали. Опытным путём он выяснил, что встрял слишком прочно, чтобы вырваться одной лишь грубой силой. Делать нечего, пришлось ему снимать все те элементы брони, что законтактировали с клеем. Всадник остановился перед напарником и сперва принялся рубить растения, ограничивающие его собрата. Наученный недавним опытом, он старался не попадать клинком по слизи. Затем ловчий увидел, что гвардеец раздевается, и замер, прекратив тратить силы впустую. В данном деле жуколов никак не мог помочь солдату. Ведь для этого требовалось покинуть седло, спрятать меч и снять перчатки с рук. А в текущих условиях гильдиец никогда не пошёл бы на такое. Лучше остаться в боевой готовности и защитить товарища, ежели чего… Насекомые тем временем расползлись в разные стороны и скрылись из виду. Не все они теперь могли стабильно зависать в воздухе, поэтому некоторые из них передвигались пешком, либо паря у самой земли и волоча лапы. За листвой ни одного жука не было видно. Лишь плавающее жужжание выдавало присутствие здоровых шершней где-то поблизости… Нервно осматриваясь, жуколов ждал, пока компаньон освободится. Тот начал раздевание с самого важного — слизи, которая его ослепила и, вероятно, осложнила дыхание. Скинув и вторую перчатку мужчина взялся развязывать завязи шлема и узелок маски. Когда дело дошло до снятия этих принадлежностей, выяснилось, что слизь частично попала под ткань, достав до кожи на лице. Громко стеная, бокат силился отнять элементы доспеха от своей рожи, но у него ничего не получалось. Рассерженным обречённым голосом, он что-то высказал ловчему. После этого всадник подъехал поближе, всё же спрятал меч и, наклонившись, протянул обе руки к голове компаньона. Одну кисть он положим ему на лысину, а другой взялся за перчатку гвардейца приклеившуюся, как раз, поверх маски. Потянув за эту перчатку, гильдиец попробовал отделить слизь от лица товарища. И чем дольше ему это не удавалось, тем больше усилий он прикладывал… Когда кожа солдата вытянулась сантиметров на десять от черепа, он издал пронзительный крик, поскольку напарник едва не оторвал ему веко и кусок щеки. После этого до опытного охотника на жуков дошла вся патовость ситуации. Он понял, что слизь, это не игрушка, а страшное оружие. Рыцарь взялся за рукоять ножа в поясных ножнах и вынул одну ногу из стремени, намереваясь слезть… Может жуколов собирался срезать гвардейцу часть рожи — Фёдор уже этого не узнает, — ведь в следующее мгновение наёмник обратил внимание на усилившийся звук. Вскинув голову, он заметил в прорехе между кронами летящего вдали слизевика. Трёхметровая махина надвигалась с юга, прямо в воздухе подготавливая ещё больше липкого вещества для беглецов. Рядом со слоном мельтешили мелкие осы — удобно, чтобы сравнить размеры и оценить собственные перспективы… |