Книга Василиск - сын Горыныча часть 1, страница 44 – Тимур Машуков

Настя первой сорвала с себя платье и швырнула его на пол. За ней Наташа сняла майку с принтом, и я увидел, как ее грудь вздымается от быстрого дыхания. У меня самого руки тряслись при виде такого богатства. И сейчас оно будет моим. Мы одни в этом темном, пустом, жутком доме, и никто, слышите, никто не посмеет нам помешать, под страхом самого жуткого проклятья, на которое я способен!

Я стянул футболку через голову, уронил джинсы, путаясь в ширинке, и почувствовал, как по телу пробегает ток. Девушки тоже не отставали — они смеялись, тяжело дышали, их глаза блестели в полумраке. Наташа уже лежала на кровати, раскинув руки, а Настя прильнула ко мне, обвив шею.

— Вась, — прошептала она, — это наш дом. Сделаем все, что хотим. Долго и страстно.

— Надеюсь, никто не вломится, — выдохнул я, чувствуя, как ее пальцы скользят по моей спине.

— Никто, — ответила она, целуя меня в ключицу. — Я запечатала дверь своими чарами. Теперь ее даже маг уровня ведун не откроет. Личный артефакт — цени.

Мы повалились на кровать, и она приятно прогнулась под нашими телами. В воздухе пахло чистотой, старым деревом и нашим общим желанием.

Я смотрел на потолок, где извивались резные змеи, и думал: «Ну вот, наконец-то».

Дом гудел за окнами, ветер шевелил листву в заброшенном саду, но мы уже ничего не слышали. Только наши губы, руки, и бесконечный поцелуй, в котором мы растворялись.

И пусть там бродили призраки, пусть пол скрипел под чужими шагами, пусть за стеной кто-то вздыхал — мы не обращали внимания. Мы были здесь. Мы были вместе. И мы не собирались останавливаться.

Моя мысль будто замерла то мгновенье, когда Наташа стаскивала с меня трусы, а Настя уже шептала мне в ухо что-то такое, от чего я готов был взорваться.

За окном мелькнула чья-то тень, но я просто отмахнулся и решил, что это ветка. Больше никаких помех. Только я, Настя, Наташа и эта огромная мрачная кровать в моем новом, темном, идеальном доме.

Глава 10

Мы лежали на этой кровати втроем, и я чувствовал, как у меня сердце колотится где-то в горле. Настя и Наташа прижимались ко мне с двух сторон, их тела были горячими, и я чувствовал, как они дрожат — то ли от волнения, то ли от долгого ожидания. В комнате было полутемно, хотя за окнами стоял день, но тяжелые шторы почти не пропускали свет, и только тонкие полоски солнца ложились на пол, рисуя золотые линии на старом паркете.

Я переводил взгляд с одной на другую и не верил, что это все мне. Что это все мое. Две девушки, такие разные и такие суперские, лежали рядом, и я знал, что сейчас мы сделаем то, о чем мечтали все эти несколько часов. Целая жизнь пролетела, можно сказать!!!

Я чувствовал, как похоть скручивает мои внутренности, и в то же время меня переполняла нежность — странное чувство, когда хочется и рвать одежду, и целовать каждую родинку на их коже. Это было для меня как-то… ново, что ли.

— Ну что, Василий, — прошептала Настя, проводя пальцем по моей груди. — Ты знаешь, чего мы хотим. Мы знаем, что хочешь ты.

— Мы хотим, чтобы это было по-настоящему, — добавила Наташа, ее голос звучал мягко, но с вызовом. — Мы не какие-то там жены из гарема, которые терпят и молчат. Мы сами выбрали тебя. И мы хотим, чтобы ты нас… ну, ты понял.

Я усмехнулся, хотя внутри все пылало. Они такие смелые, такие решительные. В этом мире женщины привыкли командовать, брать инициативу, а мужчинам оставалось только подчиняться. Но сейчас я почувствовал, что вот здесь, в этом доме, я могу быть другим. Не тем Васькой, за которого решают все, кому не лень, а тем, кого они хотят по-настоящему.