Книга Тайна черного кеба, страница 65 – Фергюс Хьюм

Калтон: Вы не заметили разницы в его голосе?

Свидетель: Нет, не считая того, что сначала он говорил громким голосом, а вернувшись, говорил очень тихо.

Калтон: Вы были трезвым, я полагаю?

Свидетель (с негодованием): Да, естественно, трезвым!

Калтон: Да? Вы не выпили ни капли, скажем, в отеле «Ориентал», который, кажется, находится рядом с местом, где обычно стоит ваш кеб?

Свидетель (сомневаясь): Ну, может, я и выпил один бокал.

Калтон: Может, и так, а может, и несколько бокалов.

Свидетель (угрюмо): Может, и так. Закон не запрещает утолять жажду.

Калтон: Конечно, нет, и вы, я полагаю, воспользовались отсутствием такового запрета.

Свидетель (обреченно): Да.

Калтон: И поддали?

Свидетель (смеясь): Да уж, наподдал я лошаденкам что надо.

Калтон (сурово): Вы здесь для того, чтобы давать показания, а не шутки шутить, пусть и весьма меткие. Были вы подвыпивши или нет?

Свидетель: Возможно, да.

Калтон: Значит, вы были в таком состоянии, что могли не рассмотреть человека, остановившего кеб?

Свидетель: Нет, не мог, у меня не было причин разглядывать его, я же не знал, что произойдет убийство.

Калтон: И вам не приходило в голову, что это мог быть другой человек?

Свидетель: Нет, я думал, что это был один и тот же мужчина.

На этом показания Ройстона закончились, и адвокат сел, очень недовольный невозможностью выбить из него что-то более толковое. Одно было понятно: кто-то оделся так, чтобы походить на Брайана, и говорил тихим голосом, чтобы не выдать себя. Клемент Рэнкин, следующий свидетель, подтвердил, что подсудимый сел к нему на Сент-Килда-роуд между часом и двумя часами ночи в пятницу, и он повез его на Паулет-стрит, в Восточный Мельбурн. На перекрестном допросе Калтон добился одного высказывания в пользу заключенного.

Калтон: Подсудимый – это тот же джентльмен, которого вы отвезли на Паулет-стрит?

Свидетель (уверенно): Да.

Калтон: Откуда вы это знаете? Вы видели его лицо?

Свидетель: Нет, шляпа была опущена у него на глаза, и я видел только край усов и подбородок, но он вел себя так же, как подсудимый, и его усы были такого же цвета.

Калтон: Когда вы подъехали к нему на Сент-Килда-роуд, где он был и что делал?

Свидетель: Он был рядом с гимназией, быстро шел в сторону Мельбурна и курил сигарету.

Калтон: На нем были перчатки?

Свидетель: Да, на левой руке, правая была без перчатки.

Калтон: У него были кольца на правой руке?

Свидетель: Да, большое кольцо с бриллиантом на указательном пальце.

Калтон: Вы уверены?

Свидетель: Да, потому что мне показалось странным, что такой джентльмен прогуливается в таком месте, а когда он заплатил мне за поездку, я увидел, как бриллиант переливается в лунном свете.

Калтон: Этого достаточно.

Адвокат был доволен этой новой информацией, поскольку Фицджеральд ненавидел кольца и никогда их не носил, о чем Дункан сделал себе пометку.

Миссис Хэйблтон, хозяйка комнат, была вызвана следующей, и подтвердила, что Оливер Уайт проживал у нее почти два месяца. Он казался приличным молодым человеком, но часто приходил домой пьяным. Единственным его другом, о котором она знала, был мистер Морланд, который часто встречался с ним. Четырнадцатого июля подсудимый пришел к мистеру Уайту, и они поссорились. Хозяйка слышала, как Уайт сказал: «Она моя, ты не можешь ничего сделать с этим», а подсудимый ответил: «Я могу убить тебя, и если ты женишься на ней, я убью тебя у всех на глазах». В тот момент она не имела понятия, о какой даме шла речь. Это заявление вызвало волну недовольства в зале суда, и половина сидящих там решила, что этого уже достаточно для доказательства вины подсудимого.