Книга Колокол, страница 62 – Лора Кейли

Я застонал. Он вытащил дуло и ударил меня по щеке. Пистолет выстрелил. Он выстрелил в меня… Он убил меня?

— Ты прикончил его, что ли? – спросил второй.

— Да нет вроде… Эй, ты, – он ударил меня по щеке. – Вот чёрт, это кровь…

— Так ты убил его или нет?

Я открыл глаза.

— Нет, живой! – крикнул коротышка.

Из щеки Фабьена текла кровь – пуля разодрала мне щёку.

— Да ты везунчик, Фабьен! Чёртов ублюдок! – заржал он и громко выдохнул.

Он не хотел никого убивать, ему нужны были только деньги.

— Дважды тебе не свезёт, – он тряс пушкой перед моим лицом. – В следующий раз я не промахнусь, даже случайно; я прострелю твою черепушку, как те часы, и закопаю тебя прямо здесь, в этом самом лесу, на этом же кладбище!

Ах, вот где мы… На кладбище. Сколько же Фабьен пролежал без чувств, что очнулся только к вечеру…

— Который сейчас час? – Я еле шевелил губами.

— О, месье нужно знать время? – Он сделал что-то наподобие поклона. – Смею вас огорчить, любезный, но к ужину вы опоздали. Боюсь, ваши домашние начали без вас… Как тихо, не правда ли? – Он приложил свою щёку к моей. – Никто тебя не ищет, Фабьен. Никто и не думает спасать тебя. Ты никому не нужен. Может, никто и не заметил, что тебя нет?

Около дерева напротив что-то зашевелилось, какой-то мешок. Второй из этих двоих подошёл к нему и пнул со всей дури. Мешок застонал. Это был Юбер.

— Очнулся, мерзавец… – Коротышка потрогал бровь. – Ну ничего, твой хозяин расплатится и за это. Не так ли, Фабьен? Развяжи его! – приказал он второму.

Юбера вытащили из огромного мешка. Он был без штанов и с кляпом во рту, похожим на ремень… да, точно, это был ремень, перетянувший ему рот.

— Теперь ты не такой смелый, да, мерзавец? – Коротышка потрогал бровь и направил на него пистолет. – Развяжи ему руки, и пусть проваливают отсюда.

Я видел, как у Юбера сжимались кулаки, как ходили под кожей желваки; он сдерживался из последних сил, чтобы не врезать ему ещё раз.

— Подтяни штаны, не дело бегать по лесу с голым задом, – усмехнулся коротышка, то и дело прокручивая пушку на пальце. – Этого тоже развяжи, – он указал на меня, – а то ещё помрёт раньше срока…

Через секунду я был свободен. Юбер вдевал ремень в брюки и не спеша застёгивал его. Я еле поднялся, держась за дерево.

— Чего ты там возишься со своими штанами, – крикнул на него коротышка и выстрелил в воздух. – А ну, пошли отсюда!

Стая птиц слетела с деревьев и поднялась под самое небо. Казалось, выстрелы разбудили весь лес. Одна упала мне под ноги, ещё вздрагивая в предсмертных конвульсиях. Коротышка размазал её одним выстрелом, потом направил пистолет мне в лицо, медленно опуская ствол, будто ища подходящее место на теле, в которое лучше попасть. У Фабьена похолодело в области шеи, потом в груди, в паху, онемели колени… Выстрел… по ногам, один, второй; я подпрыгнул и побежал. А он всё стрелял и стрелял, то ли по мне, то ли по воздуху… Мы были как крысы на бегах.

Я оглянулся; выстрелы грозовыми всполохами освещали лес. За мной еле поспевал Юбер. Избили они его хорошо.

Вдали ещё слышались стрельба, хриплый смех, тихий гул подступающей бури. Небо готовилось к грозе.

— Как ты? – спросил я у Юбера, когда мы уже достаточно оторвались.

Сердце моё зашлось так, что я уже не дышал, а заглатывал воздух. Казалось, Юбер запыхался не меньше. Только сейчас я увидел его размозжённый нос и фингал под глазом.