Книга Лес Самоубийц, страница 77 – Джереми Бейтс

— В любом случае вопрос в нем, а не в куртке.

— Ты на нервах из-за Бена. И выпиваешь свою злость на Джона.

— Я в порядке.

— У тебя стадия отрицания.

— Отрицания, что Бен мертв?!

— Да.

Я пожал плечами. Я думал иначе, но мне хотелось сменить тему. Мне не нравилась игра Мелинды в психотерапевта. Было видно, как сильно она подавлена самоубийством нашего товарища, и ей не стоило бы сейчас давать советы о преодолении посттравматического синдрома.

— Вот так, — сказала Мел, убирая последнее пятно крови с моего подбородка. Она протянула мне футболку, которой стирала кровь. — Прижми это и подержи, пока кровотечение не остановится.

— Спасибо.

— А теперь я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.

— Что?

— Извинись перед Джоном.

Я не поверил своим ушам.

— За что?!

— За то, что порвал его куртку.

— Издеваешься?

— Нам сейчас не поможет вражда, солнышко. Мы должны быть одной командой.

— Он меня ударил!

— Ты первый начал.

— Господи! Вспомни, сколько нам лет?

— Это надо сделать, Итан.

— Пусть он извинится передо мной.

— Ты примешь извинения?

Я колебался.

— Хорошо, — сказала Мел.

Джон Скотт неторопливо подошел ко мне, когда мы уже были готовы к выходу.

— Слушай, дружище! Прости, что толкнул тебя.

Я поглядел через его плечо на Мел. Она взглядом велела мне продолжить разговор.

— Прости за куртку, — ответил я. — Похоже, что тебе надо нести ее к мастеру. Выйдет дорого.

— Не дороже, чем вставить новый зуб.

Языком я нащупал место, где еще недавно был левый резец.

— Да, пожалуй.

— Мир?

— Мир.

— Пожмите руки, — приказала Мел.

Джон Скотт протянул руку, и я ее пожал. Он сильно сжал пальцы, как я и предполагал, и держал мою руку железной хваткой дольше, чем надо, чего я тоже ожидал от него.

Он отпустил мою ладонь.

Снова лучшие друзья.

Мы вернулись к трупу и опустили носилки на землю.

— Хватай его за плечи, — объяснил Джон. — А я возьму за ноги.

— Погоди! А что с веревкой?

— Что с веревкой?

— Нам не надо ее снять?

— Не думаю, что надо с этим связываться. Смотаем и положим ему на грудь.

— Хм… — Мной овладело сомнение. — А где он, черт подери, взял веревку?

— Это та самая.

— Какая?

— По которой мы шли.

Я понял, что он прав. Это была та самая веревка, сложенная вдвое. Она была сделана из кокосового волокна, достаточно прочного, чтобы выдержать вес человеческого тела.

— Мы с Томо не смогли ее найти, когда собирались пойти к телу.

— Он ее всю снял? Ничего не осталось?

Джон Скотт кивнул.

— Да там не одна сотня метров. Куда он ее дел?

— Где-то лежит. У нас не было времени искать. Давай его поднимем на счет три.

Мы подняли тело Бена и переложили на носилки. Затем сложили сверху веревку и укрыли его спальным мешком. Джон Скотт взялся за носилки спереди, я сзади, так мы донесли его до лагеря. Томо, Мел и Нина ждали нас с рюкзаками за спинами. А Нил скрючился под деревом, держась за живот.

Я велел Джону положить носилки и подошел к Нилу.

— Ты как, в порядке?

— Болит как черт знает что.

— Идти можешь?

— Не знаю. Помоги встать.

Я протянул ему руку. Нил встал, качнулся, затем развернулся к нам спиной. Не успел он сделать несколько шагов, как его сложило пополам и вырвало с неудержимой силой.

Увидев первую струю коричневатой жидкости, вырвавшейся из его желудка, я быстро отвернулся. А его все рвало и рвало. Я никуда не мог деться от булькающих звуков и гнилостного зловония, от которых и мой желудок начал пошаливать.